Тимур Машуков. Семь Нагибов на версту часть 3Семь загибов на версту – 3
Глава 1 — Отряхни кровь, а то меня заляпаешь, -я, брезгливо обходя лужи, подошел к тем, кто еще недавно жил, жрал и насиловал. Теперь это были просто куски воющего мяса, напрочь лишенные мозгов. Ну да, призрак оказалась с фантазией и абсолютно лишенной тормозов. Я ей не мешал — право мести свято. Тем более, послушав, чем они тут занимались, я с трудом задавил в себе желание заняться ими лично. — Закончила? — Да-а-а-а, — зашипела она. От былой девушки не осталось и следа, передо мной парил злобный дух мести — темная сущность, страшная до жути. Увидишь такую и можно сразу заказывать себе отдельную палату в отделении душевно больных. Щелчок пальцами, и тушки бывших насильников сгорели в яркой вспышке. Развернувшись, я пошел на выход, намереваясь спалить этот домик дотла сразу же, как окажусь на улице. — Теперь ты должна развеяться и уйти на покой, — сказал я ей, понимая, что этого не произойдет. — Не-е-ет, — вновь зашипела она. — В этом мире много подобных им, и я буду их ис-с-скать, — ее речь все больше напоминала змеиную. — Боюсь, я не могу этого позволить. Злой неконтролируемый дух может превратиться в демона. — И что ты с-с-с-сделаеш-ш-шь? — она подлетела непозволительно близко. Настолько, что я почувствовал могильный холод, который исходил от нее. — Развею тебя, — пока мы говорили, я готовил изгнание. Сложно это сделать без защитных амулетов. Поэтому я, пока шел, сорвал с дуба кусок коры. Дуб — дерево Перуна-Громовержца, и лучше него никто не защищает от всякой нечисти. Еще подойдет рябина, но дуб все-таки предпочтительнее. Ну, и наговор на него сделал, справедливо опасаясь, что потом просто времени не будет. И как вижу, пригодилось — Именем Перуна, что молниями своими изгоняет зло, Именем Сварога, что огнем своим выжигает зло, Именем Макоши, что держит в руках нити жизни, Именем Рода, что сотворил мир, Я изгоняю тебя зловредный дух из светлой Яви, в темную Навь. Покойся с миром — твоя месть свершилась. Созданный мной амулет при первых же словах влетел в девушку и, погрузившись в нее, засиял ярким светом. И с каждым моим словом он становился все сильней, пока полностью не поглотил ее. — Благодарю тебя, — моей щеки коснулась невесомая рука. Да, передо мной парила она, чистая и светлая душа. — Теперь я могу уйти. Прими мой прощальный дар, Мирослав — Ямир. Ты слишком серьезен, и это когда-нибудь тебя погубит. Так что живи… К моим губам прикоснулись ее, ставшие вполне материальными, губы, и я почувствовал, как во мне что-то появилось. Что-то теплое, приятное, по всему телу разлилась нега — захотелось лечь и прямо тут уснуть. С трудом я подавил это желание, моргнул, но ее уже не было. Постоял, мысленно желая всего хорошего девушке. Не забрала ее Навь, слишком чистой оказалась. И это прекрасно. Потом я посмотрел на стоящий дом, подхватил машины возле входа эфиром и закинул их внутрь. А после на него обрушился огненный вихрь, что в мгновенье ока спалил все, включая забор, а после пропал, оставив после себя лишь пепелище. Развернувшись, я пошел обратно, размышляя о непонятном даре призрака. Что-то во мне изменилось, но вот что? И что это значит — слишком серьезен? Да я почти клоун — могу в цирке выступать, если хорошо заплатят, конечно. Но пока желающих платить не было, и я бодренько шлепал по ночному лесу в сторону машины, ориентируясь по эфирным меткам, что расставил ранее, а то бы точно заблудился. Машина показалась внезапно — вот вроде иду по лесу, а вот уже уперся в ее железный бок. Дверь гостеприимно открылась, и я забрался внутрь, предварительно очистив себя эфиром от грязи. |
