– «Ионийские поселенцы построили огромный храм в честь богини, – продолжала Полетт. – Храм стал одним из Семи чудес античного света. В наше время в городе можно увидеть и другие памятники архитектуры – например, амфитеатр, вмещающий более двадцати пяти тысяч зрителей». Может, бросить Жиля на растерзание львам в этом амфитеатре? – пошутила Полетт. – Он очень непослушный мальчик. – Она с любовью оглянулась на героя своих одиноких старческих грез, потом, слегка нахмурившись, перевела взгляд на соприкасающиеся бедра. Салли тихонько просунула между ними сумочку – пусть знает, что в эти игры она не играет.

– Здорово, правда? – проговорил Жиль. – Я так рад, что у меня сегодня выходной.

– Да, – кивнул Маркус. – Приятно поехать куда-нибудь в компании. Но ты все равно должен нас развлекать, Жиль, сам знаешь. Мы хотим знать все пикантные подробности жизни отельного аниматора. Неужели все на самом деле так плохо, как говорят?

– «Плохо» в хорошем смысле или в плохом? – отшутился Жиль. – Так ведь говорят англичане?

– Он обожает свою работу! – вмешалась Полетт. – А почему бы и нет? Такой молодой парень, в такой прекрасной стране, окруженный красивыми женщинами. Он наслаждается жизнью. Не пропуская ни одной, – добавила она, многозначительно посмотрев на Салли.

– Будет вам, Полетт, – запротестовал Жиль. – На самом деле все не так.

– Мне рассказывали иначе. Пьер, инструктор по танцам, говорил, что тебя называют «Королем Разбитых Сердец» – так много несчастных туристок ты соблазнил, а добившись своего, жестоко бросил.

– Классная кличка, – заметил Маркус.

– Это неправда, – настаивал Жиль. – Полетт, Пьер наболтал вам такого, чтобы показаться менее опасным. Это одна из его уловок, чтобы добраться до ваших трусиков. Он и есть настоящий Король Разбитых Сердец «Эгейского клуба».

– Ага, как же. Катишь бочку на бедолагу Пьера, – сказала Полетт. – Выставляешь его хамом и пройдохой. Он предупреждал, что у тебя такая тактика. Хотя, наверное, она срабатывает, – добавила Полетт. – Я слышала, ты перестал делать зарубки на изголовье кровати после того, как оно отвалилось!

Полетт так надрывно загоготала, что Салли стали видны все ее пломбы.

– Пьер – жалкий врун, – уверил Жиль Салли. – Это он не пропускает ни одной юбки. Я же почти никогда не крутил с туристками. Меня не интересуют свидания на одну ночь. Я не альфонс.

– Мне все равно, Жиль, – тихо проговорила Салли. – Можешь спать с кем угодно и сколько угодно. Ты же не женат.

– Но я не…

– Маркус, нам долго еще? – прервала его Салли.

– Не больше трех часов. Если только по дороге не наткнемся на стадо коз.

– Ах ты проказник! – Полетим, все еще подшучивая над Жилем, обернулась и потрепала его по колену.

– Все мои проказы в прошлом, – возразил Жиль.

– Зачем оставлять их в прошлом, когда можно осчастливить стольких женщин?

– Право, Жиль. Лови момент! – присоединился Маркус. – Когда-нибудь одна из них украдет твое сердце, и тебе захочется начать новую жизнь. – Маркус обернулся и по-дружески похлопал по колену Салли. Но вместо этого ухватился за чье-то более крупное и волосатое.