Бродя по рынку, он осознал некоторую прелесть в полной разобщённости и отсутствии навигации. Вошедший сюда не знал, что и где увидит. Из-за этого хотелось оставаться здесь и смотреть, смотреть, смотреть…

Именно за этим делом его и застал Шаффет.

— Ну что, как тебе? — усмехнулся напарник, посмотрев на заинтересованно ходящего от прилавка к прилавку игрок.

— Здесь определенно стоит провести время, — довольно прищурился порталист. — Занятное место.

— А то! — усмехнулся тот. — Ладно, я возвращаюсь в башню. Ты со мной?

Артём не стал возражать, хоть его аппетит и интерес к этому месту был значителен. Однако у него оставалось еще много дел и вопросов, которые требовали возвращения. События вокруг начинали закручиваться в один тугой ком, стянувший в себе судьбы множества могущественных сущностей и их интересов.

Глава 23

«…Убийца Ларнезия своей последней атакой вызвала ядовитую бурю, что уничтожила всё население мира Рандаль. Её доблесть навсегда запечатлена в памяти матерей Рейдуны».

— Так, тоже не то, — Артём мысленно закрыл кристалл и перешёл к следующей истории.

Он сидел в своих покоях и просматривал местный эпос, что оказалось довольно занимательным делом. В отличие от земной литературы, инфокристаллы позволяли быстрее получать данные, дополняя их визуальными образами. Это делало изучение чужой культуры более увлекательным и быстрым занятием.

Артём изначально собирался быстро все посмотреть в поисках нужного, но проникся и стал изучать все подряд. Разумеется, особый менталитет общества Вездесущей сыграл здесь немалую роль.

Сказки или легенды в основном представляли собой жизнеописания тех или иных адептов. Их герои переживали такие ситуации и события, что никакой фантазии и выдумки не требовалось. Все и так было чертовски невероятным и интересным.

Во главу угла ставили такие добродетели как защита своих интересов и результативность действий. Убийство разумных вообще не воспринималось чем-то зазорным. И это было абсолютно нормальным для общества, где не водилось понятия «ценности каждой жизни».

Интересы разных существ пересекались, порождая конфликты. Конфликты, в свою очередь, создавали множество жертв. Иными словами, насильственное лишение жизни в глазах местных было частью миропорядка.

Подобное можно считать беспрецедентной жестокостью, но Артем в этом видел честный подход. Даже на Земле, где всегда громко кричали о ценности жизни, войны и геноцид шли рука об руку с цивилизацией, не прекращаясь никогда.

Человек продолжал просматривать «чудесные истории» одну за другой. Герои их творили невообразимо страшные дела. Наконец ему попалась одна, где некий воин Рафал поразил владыку Квам Деи. Этому моменту читатель уделил особое внимание и наконец нашёл то, что искал.

«В своей скорости Рафал сразил ненавистного лича. Вот только он не знал о камне души, что враг скрывал в убежище».

— Вот оно! — молнией промелькнула мысль. Адепт продолжил изучение кристалла.

«Сущность лича вернулась в камень души, где и возродилась в заранее приготовленном вместилище. Рафал не догадывался об этом. В самоуверенности и торжестве своём он потерял бдительность, за что вскоре поплатился. Он вместе с семьёй был отравлен и попал в плен Квам Деи. О дальнейшей судьбе воителя ничего неизвестно. Таково жизнеописание великого Рафала, некогда владеющего великой силой, канувшего в небытие».

— Вот же оно как, — сказал вслух Артём.

Разумеется, его заинтересовал не бесславный конец пути Рафала, а момент с переселением души. Однако по логике вещей все происходило верно.