– Дорогая, это Мэтью Керэдайн, о котором я говорил тебе утром… Мэтью, познакомьтесь с моей будущей супругой Валентиной Данбар, – представил он их друг другу.

Адвокат церемонно склонил голову в знак приветствия, радушно улыбнулся, поцеловал Тинину руку и сообщил:

– Очень рад нашему знакомству, мисс Данбар.

Они сели. Адвокат приступил к работе:

– Я принес все необходимые документы.

– Тогда начнем! – улыбнулся Ричард.

– Я хотел бы прояснить одно обстоятельство, связанное с вашим планируемым браком, которое непосредственно касается мисс Данбар. И если никто не возражает, то, пожалуй, с него и начнем…

Ричард согласно кивнул.

Мистер Керэдайн открыл портфель, извлек из него единственный документ и передал Тине со словами:

– Я бы хотел, чтобы вы ознакомились сданным документом и, в случае своего согласия с его содержанием, поставили подпись в соответствующей графе…

Тина взяла бумагу и, прежде чем начать читать, попробовала устроиться поудобней, откинувшись на мягкую спинку кресла. Ей и раньше приходилось читать деловые бумаги, но в этой ситуации она с трудом понимала, о чем идет речь в документе. Прошло несколько минут, прежде чем ей удалось сосредоточиться.

Но содержание оказалось предельно ясным. В договоре говорилось, что в случае развода Ричард Андерс обязуется приобрести на имя Тины дом и оплачивать его содержание, кроме того, указывалась сумма причитающегося Тине пособия, которая заставила ее на миг зажмуриться. Соблюдение этого пункта предусматривало отказ Валентины от всех притязаний на замок и иное фамильное достояние семейства Андерс.

Ниже рассматривались обстоятельства опеки над рожденными в этом браке детьми. Тина с удивлением прочитала о том, что в случае развода дети остаются с отцом и больше никогда не видят мать. Она не стала дочитывать договор и отложила его, холодно сказав:

– Я не стану это подписывать.

– В чем дело? – гневно выпалил Ричард, который, видимо, предполагал подобный поворот и был готов к противостоянию.

– Мне нравится твое трепетное отношение к замку и иному фамильному достоянию, – признала Тина.

– При чем тут замок?

– При том, что мне и в голову бы не пришло претендовать на него.

– И что же тебе мешает подписать договор?

– Согласно ему в случае развода вместе с кучей древностей тебе отходят еще и дети, которых я буду вынашивать, рожать, кормить, беречь, растить. Знаешь, для меня это не одно и то же.

– Полностью с тобой согласен. Мы изменим этот пункт.

– И как он будет звучать?

– Меня вполне устроит, если дети будут жить с тобой, а я буду иметь возможность принимать неограниченное участие в их воспитании. Такой вариант тебе больше нравится?

– Да, пожалуй. Но, надеюсь, подобное никогда не случится, – улыбнулась Тина.

– Уверен, для развода у нас не будет причин. А в остальном?

– Дай дочитаю.

Вскоре она удовлетворенно кивнула и передала лист адвокату.

– Если в остальных пунктах вы согласны, я немедленно переделаю пункт, вызвавший разногласия, – проговорил юрист, – и вы поставите свои подписи.

Тина и Ричард молча ждали, пока мистер Керэдайн вносил на компьютере необходимые изменения и распечатывал получившийся документ. Затем он раздал им по экземпляру и сказал:

– Если вы оба согласны со всем, что здесь написано, и не хотите ничего добавить, то прошу подписаться под текстом.

Тина и Ричард поставили свои подписи. Тине показалось, будто все прошло слишком легко, она всегда считала, что заключение брачных договоров – дело чрезвычайно болезненное, способное поставить крест на самой идее женитьбы.