Его мать всегда говорила, что этот талант заложен в его генах. Она называла это «проклятием Гилкристов»и утверждала, что оно перешло от бабушки к его отцу, а потом и к Люку.

Да, уж вдвоем они были непобедимы — Люк и его отец. Вдвоем изгнанные Гилкристы создали ресторанную империю в Калифорнии, превзойдя расположенную на севере «Гилкрист, инк.».

А потом, в один кошмарный миг, три года тому назад, весь мир Люка рухнул. Самолет, упавший на взлетную полосу в Лос-Анджелесе, унес с собой все, что было ему дорого в жизни. Ариэль и его родители исчезли в мгновение ока.

После случившегося обладание империей потеряло всякий смысл.

Но тяжелее оказалось справиться с привычкой делать деньги. Люк отправился на север, в Орегон, и обустроил себе место, где он мог спрятаться от мира и всего, что потерял. Молодой Гилкрист в одиночестве сидел в своем доме на скалах, возвышающихся над океаном, работал на компьютере и делал деньги. Это помогало ему чем-то занять свои дни, которые иначе превратились бы в невыносимо бесцветные.

К несчастью, ему нечем было заполнить ночи.

Через два часа Люк оторвался от компьютера и отправился на кухню. Зик подхватил свою миску и легкой походкой потрусил за ним — наблюдать, как человек помоет щеткой пару картофелин, проколет их вилкой и отправит в печь.

Люк любил печеный картофель, что было большой удачей, так как его кулинарные способности оказались крайне ограниченными. Он мог подогреть консервированный суп, поставить в микроволновую печь замороженные овощи и почистить картошку. И все. Не слишком-то впечатляющие достижения для человека, чья семья занималась ресторанным бизнесом в трех поколениях.

Но, как однажды объяснил его отец, ни один из Гилкристов не станет готовить без острой на то необходимости. Такова семейная традиция.

При слове «семья» Люк стиснул зубы. Он закрыл дверцу духовки, налил себе стакан каберне и задумался над тем, умеет ли готовить официальный ангел-хранитель Гилкристов. Вероятнее всего, умеет, так ему казалось. Она выглядит женщиной, чувствующей себя на кухне, как дома.

Люк заулыбался, вспомнив, как Кейти прикрывалась кейсом, словно щитом. Да, никаких сомнений. Мисс Уэйд — отличный кандидат на должность личного помощника. Верная, преданная.

Гилкрист потягивал вино и угрюмо обдумывал будущее Кейти. Ей не удастся самой сохранить «Гилкрист, инк.». Даже с помощью Фрейзера Стэнфилда, каким бы одаренным он ни был.

Корпорация «Гилкрист, инк.» являла собой образец семейного бизнеса в старомодном смысле этого слова. Если ни один из Гилкристов не проявит должной сообразительности или не окажется достаточно сильным, для того чтобы занять кресло Джа-стины, то конец замаячит на горизонте. Именно поэтому руководство компании занервничало. Они отлично понимали, что пять ресторанов в Сиэтле и линия «Гилкрист гурме» будут проданы, если Джастина на самом деле потеряет свою власть.

Единственный правильный курс для ангела-хранителя и ее друга Стэнфилда — распродать активы. Интересно, понимает ли это Кейти?

Конечно, даже если она понимает, то Джастина Гилкрист, вне всякого сомнения, запретит продажу. Люк вспомнил, как его отец описывал свою мать: Боудикка в своей колеснице, готовая сразиться с римлянами или с любым, кто встанет у нее на пути.

Джастина Гилкрист долго и тяжело боролась за то, чтобы создать «Гилкрист, инк.». И она была такой же упрямой, как и отец Люка. Эта женщина никогда не согласится продать свой бизнес постороннему.

А это подразумевает отсутствие всякой хорошей альтернативы для Кейти Уэйд.

Что, в свою очередь, предполагает катастрофу для грозной мисс Уэйд, потому что совершенно очевидно: она не из тех, кто уйдет.

Но это не его забота, решил Люк. Если Кейти не видит того, что начертано на стене, это ее проблема.