Ты не идешь по стопам матери, дорогая. Ты делаешь это не от лени и не ради выпивки, а ради будущего – своего и детей.

Да, она долго жила с закрытыми глазами, но теперь будет видеть мир таким, какой он есть. И полагаться толь­ко на себя. Джада и Энджи, конечно, помогут, но… многое придется делать в одиночку. Фрэнк был добрым волшеб­ником, пока в одночасье не превратился в злого, а значит, ей нужно становиться самостоятельной.

Яркая миловидная блондинка радушно улыбнулась Мишель:

– Чем могу помочь? Подыскиваете что-то определен­ное?

– Я не купить хочу, а продать.

Мишель достала из сумочки два колечка, сережки с алмазной крошкой, перстень с крупным изумрудом – пода­рок Фрэнка на прошлый день рождения – и золотую це­почку с бриллиантовым кулоном в два карата. Несколько дней назад ей удалось в отсутствие Фрэнка попасть в дом и забрать кое-какие детские вещички. Заодно она взяла и драгоценности, которыми, по ее мнению, могла распоря­жаться лично. Подумав, Мишель щелкнула и замочком зо­лотых часиков с усыпанным бриллиантами циферблатом.

– Все возьмете?

– Чеки у вас на руках?

Глядя продавщице в глаза, Мишель покачала головой:

– Это подарки от мужа. Блондинка тяжело вздохнула:

– Развод?

Мишель молча кивнула – не до объяснений ей было сейчас.

– По сто раз на дню сталкиваюсь, – сочувственно пробормотала женщина и принялась рассматривать каж­дую вещицу через лупу. Отложив последнюю, придвинула калькулятор. Мишель терпеливо ждала конца подсчетов. Она уже решила для себя, что согласится сразу, сколько бы ей ни предложили. Эти деньги принадлежат ей по праву; Фрэнк может считать их оплатой за ее труд домработницы. В любом случае это чистые деньги, ведь подарки от Фрэн­ка она принимала, когда любила его, когда думала, что и он ее любит. А теперь на эти деньги она начнет новую жизнь. Разве не справедливо?

Блондинка подняла на нее извиняющийся взгляд и на­звала общую цену – смехотворную, с точки зрения Ми­шель. Фрэнк заплатил гораздо больше за одно только обручальное кольцо, не говоря уж о кулоне и сережках. Ну и ладно! Выбора все равно нет, а для начала хватит.

С другой стороны… стоит ли сразу брать то, что предла­гают? Прежняя Мишель не умела и не стала бы торговать­ся, но Мишель обновленная… Она посмотрела на горку драгоценностей, к которым так привыкла, без которых, ка­залось, не представляла себе жизни. Жаль, что захватила из дому так мало… О-о-о! А те сережки, что на ней? Мишель положила на стойку две бриллиантовые «капельки».

– По-моему, все вместе стоит дороже, – сказала она.

– Да-да, конечно, – моментально согласилась блон­динка, назвала цифру в два раза больше предыдущей и, до­ждавшись утвердительного кивка Мишель, шагнула к сейфу за наличными.

– Мамуля! Мамуль! – Сын бросился к ней в объя­тия. – Тетя Энджи получила приглашение на вечеринку, а идти не хочет!

– Заткнись, Фрэнки! – Дженна сделала большие гла­за. – Это не вечеринка вовсе, а свадьба.

Мишель приткнула в угол сумочку, сняла пальто. Какая еще свадьба? Может, с разводом перепутали?

– Люди всегда радуются, когда получают приглаше­ния, – авторитетно сообщил Фрэнки. – И почему это тетя Энджи плачет?

– Где она?

Дочь молча кивнула на дверь спальни, и Мишель вле­тела туда, не дожидаясь ответа на свой стук. Представшая перед ней картина превзошла ее худшие ожидания. Энджи лежала ничком на кровати, зарывшись лицом в подушку, а Джада сидела рядом, на самом краешке.