|
– Гадко, конечно, но особой опасности они не представляют. Собственно, в нашем деле это обычная практика. Мы и сами можем кое-что выдвинуть. Единственная проблема в том, что он стартовал раньше, а значит, ушел вперед. Но хорошая лошадь, как известно, с места в карьер не берет, – с усмешкой добавила она. – Первым делом я устрою вам свидания с детьми. Возможно, удастся добиться первого уже завтра. Я поговорю с судьей, задействую все связи Центра, организую встречу с адвокатом вашего супруга… В общем, придется поработать, но мы своего добьемся. Направим прошение об опеке, получим свидетельские показания о том, что устроиться на работу вас заставило бедственное материальное положение семьи и так далее. Возможно, пригласим детских психологов. Кроме того, поищем, кто бы мог засвидетельствовать связь вашего супруга с… – она заглянула в бумаги, —…с Тоней Грин.
Энджи подняла глаза, и Джада вдруг увидела перед собой не легкомысленную девчонку, а компетентного юриста, серьезного и вдумчивого профессионала. Она поняла, что прониклась доверием к этой совсем юной женщине – хотя, возможно, и напрасно. Слова, как известно, немного стоят. – Каждое из этих действий – лишь маленький шаг, – продолжала Энджи, – зато шаг вперед, приближающий нас к цели. Джада затаила дыхание. Она так хладнокровна, так уверена в своих силах. Господи, неужто ты послал мне эту девочку, чтобы она вырвала меня из кошмара последних дней? – Прошение на встречу с детьми я подам сегодня же, – вновь зазвучал голос Энджи. – Обещаю вернуть их вам. – Значит, вы беретесь за мое дело? Беретесь? – Джада с изумлением услышала в собственном голосе жалобные, какие-то по-детски скулящие нотки. – В обязанности Центра входит представлять все поступившие к нам дела к рассмотрению. Тогда уже решается его дальнейшая судьба, в том числе назначается и адвокат. – Я не хочу никого другого! – воскликнула Джада. – Только вас! – Но… у нас есть и более опытные… – Неважно. Зато вы самая внимательная. Легко толкнув Джаду носком туфли в щиколотку, Мишель что-то беззвучно изобразила губами. Джада недоуменно уставилась на подругу, и Мишель пришлось вмешаться самой: – А как насчет оплаты? Сколько это будет стоить? – Ах да! – ахнула Джада, вспомнив Брузмана с его «предварительным гонораром». – Я понимаю, вы не можете работать даром… – В Центре действует скользящая шкала тарифов, однако основные судебные расходы, должна признать, несут на себе клиенты. Впрочем, у нас есть и некоторый фонд для… особых случаев. – Энджи улыбнулась, пытаясь подбодрить Джаду. – Послушайте-ка, сейчас у вас и без того масса проблем. Заплатите, сколько можете, а если ничего не можете – мы все равно будем вас представлять. Бесплатно. – Она с улыбкой поднялась из-за стола. – Не выпьете ли со мной по чашечке кофе? Джада тоже встала и схватила за руку молоденькую адвокатессу. – Спасибо вам! – пылко сказала она. – Спасибо, спасибо, спасибо! В полный рост Энджи выглядела еще моложе, но Джада уже не думала о ее юном возрасте. Эта девочка была полна энергии и сострадания, а больше ничего и не нужно. Исполненная благодарности к Мишель за то, что привезла ее сюда, Джада устыдилась своих недавних мыслей о «белых куколках». – Так пойдемте? – повторила Энджи. – Сегодня у нас вкуснейшие датские булочки. Обожаю обсуждать военную стратегию за кофе со свежей сдобой. |
