— Память об отце.

Разумеется, на отца мне было насрать с высокой колокольни. Я занимаю тело Ростислава Володкевича, но я — не он. Я нечто, гораздо более крутое. Наследник богов, переродившийся в другом мире.

Вениамин отстранённо кивнул.

И неожиданно выдал:

— Память — это хорошо. Но инквизиторы не пользуются мечами.

— Вообще? — очумел я. — А чем вы караете отступников? Палочками для еды?

Инструктор хмыкнул:

— Шутник… Впрочем, скоро узнаешь.

Впереди уже выросла пирамида главного учебного корпуса.

Котоморф важно вышагивал справа от меня, демонстративно игнорировал голубей и прочих синичек, ничего не отращивал и не увеличивался в размере. В общем, старался вести себя прилично, чтобы не лишиться роллов и соевого соуса на обед.

Ритуал, как мне сообщили, начнётся в полдень.

У пирамиды скапливался народ. Я сразу мог отличить неофитов от семинаристов по отсутствию рясы. Этот предмет одежды, насколько я понял, был обязательным для инквизиторов. Жара, холод, дождь, снег — всё равно будут таскать. Непонятная дань традициям. Я уж молчу, что это неудобно. Попробуйте выйти на ринг в махровом халате — и результат боя вам не понравится. Впрочем… эти штуки могли иметь каббалистические вставки или вшитые артефакты. Карина упоминала некие «прошивки», да и легенды о неуязвимости инквизиторов явно не на пустом месте появились.

— Настраивайся на то, что будешь жить в кампусе постоянно, — вещал брат Вениамин. — Это один из наших принципов. Ты не должен отвлекаться на посторонние вещи, тратить время на поездки, дворянские клубы и прочую ерунду. Боевая подготовка на первом плане.

Вот оно, начинается.

Побочные эффекты.

Позавчера мне доставили запечатанный конверт, в котором лежало официальное приглашение от Туровской семинарии. Без подробностей. В письме говорилось, что Ритуал Посвящения начнётся в 12.00 и меня просят не опаздывать. Кроме того, отмечалось, что факт поступления в семинарию не делает меня полноправным инквизитором, но обеспечивает покровительством консистории. Опять же — после Ритуала.

— Ты не слушаешь? — возмутился брат Вениамин.

— А? Что? Простите, отвлёкся.

Инструктор сокрушённо покачал головой.

— Я сказал, что ты должен пройти инструктаж, привести себя в надлежащий вид и явиться на площадь перед главным учебным корпусом. Вон туда, — мой сопровождающий указал на обширное пространство, граничащее с пирамидой. — Меч оставь в индивидуальной камере хранения.

— У меня она есть?

— Будет, — отрезал Вениамин. — Дальше на заселение в кампус.

— А что с занятиями?

— Сегодня их нет. Но завтра вами займутся по полной программе, — зловеще усмехнувшись, брат Вениамин ускорил шаг. — Не отставай.

* * *

Департамент Полиции Турова,

юго-восточное управление.

Незадолго до описываемых событий

— Господин Ковалёв, — с нажимом проговорил Бенедиктов, в упор глядя на коллежского секретаря. — Вы хоть понимаете, что удерживать моего клиента под стражей… это вне вашей компетенции?

Следователь побагровел.

— Кто впустил в мой кабинет этого человека?

Вопрос остался без ответа.

— Господин Бенедиктов, — полицейский собрал остатки самообладания. — Вы должны уяснить одну вещь. Нельзя просто так взять, устроить без видимых причин локальную войну в центре города и рассчитывать на свою безнаказанность. Полюбуйтесь.

О столешницу хлопнулась пухлая папка, набитая бумагами под завязку.