Клара осознает, что собиралась сделать, и бросается бежать через магазин, подальше от примерочных, сбивая на бегу манекен. Когда она выскакивает из магазина в неоплаченной одежде, срабатывает сигнализация, но Клара уже не может вернуться. Ей нужно на воздух, чтобы охладить желание.

Стук ботинок по асфальту болезненным эхом отдается у нее в голове. Кто-то бежит за ней. Клара сворачивает в переулок и стремглав мчится мимо контейнеров, битком набитых мусором, но вскоре натыкается на каменную стену. Тупик.

Охранник загнал ее в угол. Подходя ближе, он сообщает по рации, пристегнутой к карману его рубашки:

— Все в порядке, Дейв. Я ее догнал. Это всего лишь девчонка.

Клара стоит, прижавшись спиной к стене.

— Извините, — говорит она. — Я не собиралась ничего красть. Просто слегка запаниковала, вот и все. У меня есть деньги. Я могу…

Охранник улыбается, как будто услышал смешную шутку.

— Конечно, лапочка. Расскажешь все это в полиции. Правда, не факт, что они тебе поверят.

Тяжелая ладонь стискивает ее плечо. Клара замечает татуировку на руке мужчины, синее чернильное лицо русалки взирает на нее с каким-то задумчивым пониманием. Охранник тащит ее прочь из переулка. У поворота до ушей Клары доносится шум шагов снующих туда-сюда покупателей, топот ускоряется, как будто вокруг магазина куча народу дружно отплясывает джигу. Хватка охранника становится крепче, и Клара ощущает прилив отчаянной злости. Она пытается вырваться.

— Не выйдет, — усмехается охранник.

Не задумываясь, она показывает клыки и шипит:

— Держись от меня подальше.

Он резко отпускает ее, словно обжегшись. Он чувствует, что она принюхивается к его крови, и его обуревает страх. С отвисшей челюстью он пятится от нее, вытянув руки перед собой и делая успокаивающие жесты, как будто пытается утихомирить собаку.

Клара видит, как сильно ей удалось напугать этого взрослого мужчину, и содрогается от ужасающего осознания собственного могущества.

Спасите детей

Утро Питера в клинике протекает как в тумане. Пациенты приходят, Питер механически делает свою работу, пациенты уходят. Все чаще и чаще он возвращается к тем ощущениям, которые испытал накануне, паря в воздухе, к радости стремительного полета.

Ему все труднее сосредоточиться на происходящем. На том, например, как открывается дверь и входит мистер Бэмбер, хотя после его ректального исследования прошел всего день.

— Здравствуйте, — говорит Питер. Собственный голос доносится до него словно издалека — сам он сейчас находится в небе над Северным морем. — Как самочувствие?

— Откровенно говоря, неважно, — отвечает старик, садясь на оранжевый пластиковый стул. — Проблема в антибиотиках. Они пошли войной против моего организма.

Он похлопывает по животу, указывая, какую конкретно часть организма имеет в виду. Питер просматривает записи.

— Ясно. Как правило, амоксициллин дает очень слабые побочные эффекты.

Мистер Бэмбер вздыхает с присвистом.

— Мне стало трудно контролировать себя. Очень неудобно получается. Уж как приспичит, так приспичит. Прямо как в «Разрушителях плотин».

Старик раздувает щеки и изображает звук взрывающейся плотины.

Питеру эта подробность представляется излишней. Он закрывает глаза и потирает виски, чтобы успокоить головную боль, которая на несколько часов исчезла, но теперь наползает обратно.

— Ну хорошо, — выдавливает он. — Я выпишу другой рецепт и назначу дозировку поменьше. А там посмотрим.

Неразборчивым почерком Питер выписывает рецепт, отдает его старику и не успевает оглянуться, как в кабинете уже оказывается кто-то другой. А за ним кто-то еще.

Смущенная библиотекарша с молочницей.