— Отлично.

Когда они вышли, Коркер сказал:

— Мог бы и меня позвать, между прочим. Мне с ним есть о чем поговорить.

11

В обед бомба, подложенная Шамблом, взорвалась.

Телеграммы в Джексонбурге доставлялись нерегулярно и прихотливо, поскольку никто из рассыльных не умел читать. Обычно на станции ждали, пока накопится с полдюжины, а затем рассыльный слонялся по многолюдным местам до тех пор, пока не раздавал их все. Во время очередного обхода согбенный старый воин появился в столовой «Либерти» и вручил Коркеру и Уильяму кипу конвертов.

— Молодец, старина, — сказал Коркер. — Я с ними разберусь.

Воин получил на чай, поцеловал благодетелю колено, а Коркер, бегло просмотрев принесенное, сказал:

— Одна тебе, одна мне и по одной всем остальным.

Уильям вскрыл свою телеграмму и прочитал:

ОТСТАЕМ ПРОВЕРИТЬ ПЕРЕОДЕТОГО РУССКОГО ТРЕБУЕМ ПЛЮС СВИСТ.

— Будьте добры, переведите, — попросил он Коркера.

— Плохо дело, старина. Смотри, что в моей:

ЭХО ФОРСИРУЕТ ТАЙНОГО АГЕНТА МОСКВЫ БЫСТРО ИНТЕРВЬЮ БРЕД.

— Давай посмотрим, что у других.

Он вскрыл шесть телеграмм, прежде чем был пойман. Во всех было одно и то же.

Из «Гроша»:

ПРОСИМ ВЫЯСНИТЬ ДОСТОВЕРНОСТЬ ПРЕДПОЛАГАЕМОЙ СОВЕТСКОЙ ДЕЛЕГАЦИИ ТОЧКА ТЕЛЕГРАФИРУЙТЕ ЛЬГОТНОМУ ТАРИФУ.

Самую подробную получил Джейкс:

ЛОНДОНСКОЕ ЭХО СООБЩАЕТ ПРИЕЗДЕ РУССКОГО ПОСЛА ОРГАНИЗАТОРА ВОСКРЕСЕНЬЕ ПОД ВИДОМ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОГО ЧИНОВНИКА ТОЧКА МОСКВА ОТРИЦАЕТ ТОЧКА ОПРОВЕРГНИТЕ ИЛИ ПОДТВЕРДИТЕ ФАКТАМИ.

Для Шамбла:

МИРОВАЯ СЕНСАЦИЯ ПОЗДРАВЛЯЕМ ПРОДОЛЖАЙТЕ ЭХО.

— Понимаешь теперь? — спросил Коркер.

— Кажется, да.

— Это наш дружок с бородой. Я так и знал, что мы из-за него еще хлебнем.

— Но он в самом деле работает на железной дороге. Я видел его сегодня на вокзале, в кассе, когда ходил узнавать насчет багажа.

— Никто и не спорит! Конечно, он железнодорожник, только сейчас это значения не имеет. Шамбл застолбил сюжет. Теперь нам надо найти красного агента или застрелиться.

— Или объяснить, что произошла ошибка.

— Большой риск, старина, к тому же непрофессионально. Так можно поступать только в самом крайнем случае, и то не больше двух раз в жизни. Радости это никому не доставляет. Опровержения печатать не любят. Они подрывают доверие к прессе. Получается, что мы не умеем работать. Что же это будет за порядок, если каждый раз, когда кто-нибудь даст сюжет, остальные будут его опровергать? И если смотреть правде в глаза, Шамбл — молодец… борода помогла, конечно… Я бы и сам додумался, если б меня так не разозлили.

Их окружили другие журналисты, требовавшие свои радиограммы. Коркер неохотно уступил им. Он не успел вскрыть только конверт Свинти.

— Держи, старина, — сказал он. — Еле уберег. Кое-кто норовил в него заглянуть.

— Не может быть, — холодно сказал Свинти. — Тем более что у меня секретов нет.

Его телеграмма не отличалась от остальных:

СООБЩАЮТ ЗАХВАТЕ ВЛАСТИ БОЛЬШЕВИКАМИ СКОРЕЕ ФАКТЫ.

Началась охота. Никто не обедал. Все рыскали по городу в поисках большевиков.

Один только Джейкс сохранял спокойствие. Он мирно поел и вызвал Палеолога.

— Будем давить русский сюжет, — сказал он. — Пойди в пресс-бюро и скажи Бенито, чтобы он до четырех опубликовал официальное démenti.