— А кого бы вы попросили к телефону?

Она рассмеялась.

— Знаете, я все обдумала. Я бы попросила позвать высокого блондина, который был в концерте Трене в обществе низенького брюнета.

Сильвия перестала смеяться, посмотрела на Жюльена, потом нарочито грубым голосом, с деланным раздражением прибавила:

— Я попросила бы позвать к телефону долговязого парня с коротко подстриженными волосами, который сопровождал коротышку со слишком длинными волосами.

Оба дружно расхохотались и снова слились в поцелуе. Немного погодя Жюльен спросил:

— А что, у меня и вправду слишком короткие волосы?

— Да, могли бы быть чуть-чуть длиннее.

— В таком случае я завтра же начну их отращивать.

— Только не перестарайтесь.

— Буду носить такие волосы, как Ритер.

— Кто такой Ритер?

— Да тот, что был со мной в концерте.

— Нет, у него слишком уж длинные волосы. С такой шевелюрой вы будете просто ужасны. Ритер похож на старого поэта-романтика, убежавшего из пыльного книжного шкафа.

— А вы, оказывается, злюка. — Жюльен снова поцеловал Сильвию. — Ритер у нас поэт, — прибавил он. — Но только он вовсе не старый и не такой уж романтик, как вы думаете.

— Мне дела нет до вашего Ритера. Давайте лучше говорить о вас.

— Нет, о вас.

— Обо мне потом.

— Лучше одновременно.

— Тогда мы ничего не расслышим и не поймем.

Оба смеялись. Темный парк стал для них как бы купелью радости.

— Парк в шесть часов запирают, — спохватилась она.

— Ну что ж, пусть нас тут запрут.

— Вы с ума сошли!

Он помедлил, остановился, привлек ее к себе и сказал:

— Да, еще вчера. Я совсем потерял голову.

Они опять поцеловались. Затем она спросила:

— Неужели так бывает — с первого взгляда?

— Бывает, Сильвия. Я это почувствовал сразу, в тот же миг.

— Никогда бы не поверила, что можно столько прочесть в одном взгляде, — прошептала она.

Он снова отыскал ее рот. И не отрывал своих губ до тех пор, пока у него не перехватило дыхание; потом, зарывшись лицом в ее волосы, он несколько раз порывисто повторил:

— Я люблю тебя. Люблю. Люблю. Клянусь, что люблю тебя!

— Боюсь, что я тоже тебя люблю, — отозвалась она.

— Боишься? Но почему? Ведь это чудесно.

Девушка вздохнула.

— Да говори же, — попросил он. — Я хочу все о тебе знать. Все.

Она выскользнула из его объятий и бросилась бежать. Жюльен догнал ее, снова поцеловал и спросил:

— Ты от меня что-то скрываешь. Что?

— Ничего, Ничего. Просто я потеряла голову, вот и все. Пойдем. А то нас и вправду запрут в парке.

Они вышли на улицу Бригибуль и двинулись по маленьким, плохо освещенным улочкам к Епископскому парку. Перед самым мостом Сильвия остановилась.

— Нам лучше проститься здесь.

— Боишься, что нас увидят?

Она посмотрела на мост, потом бросила взгляд на памятник павшим.

— А вы не могли бы надевать штатское платье? — спросила она.

— Ты уже не говоришь мне «ты»?

— Ответьте же.

— Я написал домой, чтобы мама прислала мне костюм.

— Не люблю военную форму.

— Когда мы опять увидимся?

— Завтра после обеда — я не работаю.

— У меня в эти часы дежурство, но как-нибудь устроюсь.