— Он никогда не остается здесь надолго. — Кэролайн с вымученной улыбкой снова повернулась к своей собеседнице.

— Он приезжает лишь изредка и, если отца нет дома, порой задерживается, чтобы поболтать со мной. — Женщина тряхнула головой, и непокорная прядь каштановых волос выбилась из-под ее чепца. — Он не в ладах со старшим мистером Маккейдом. Идемте же! — Она взяла Кэролайн за руку и повела ее в дом. — Сейчас я покажу вам вашу комнату, а потом принесу вам туда чашку крепкого чая. Вам ведь надо подкрепиться!

Добродушная женщина, которую, как теперь вспомнила Кэролайн, звали Мэри, стояла рука об руку с ней под грозным взором Роберта Маккейда. Ему удалось встать на ноги, и мясистое лицо его стало багровым от напряжения. Опираясь на тяжелую палку, он перевел дух и недовольным тоном спросил:

— Что это, черт побери, взбрело вам в голову? Почему вы ринулись отсюда, точно вас ошпарили?

Кэролайн не смогла придумать подходящего ответа и промолчала, что, по-видимому, разозлило старика еще пуще.

— Дьявольщина! — проревел он. — Вы, поди, привыкли у себя в Англии, что перед вами раскланиваются и рассыпаются в любезностях?! Но в этом доме я — король! — Он слегка наклонился вперед и сощурил глаза. — И вы будете делать то, что я велю!

Кэролайн снова промолчала, и лицо старика буквально почернело от гнева.

— Эй, девчонка! Вы что, глухая?! Неужто же я ухлопал этакую прорву деньжищ, чтобы заполучить ущербную жену?!!

— Уверяю вас, Роберт, со слухом у нее все в порядке. Но ведь девушка устала! Она проделала такой долгий путь!

Роберт метнул в сторону Мэри взгляд, не предвещавший ничего хорошего, и тихо, с угрозой проговорил:

— Я, кажется, не просил вас вмешиваться, Мэри!

— Но она совершенно права, — произнесла Кэролайн, почувствовав, как напряглась рука Мэри, сжимавшая ее локоть. Она распрямила плечи и вскинула голову, сказав себе, что, несмотря ни на какие превратности судьбы, она остается леди Кэролайн Симмонс — обесчещенной, без гроша в кармане, но все же аристократкой, которая ни при каких обстоятельствах не должна ронять своего достоинства. — Я и в самом деле очень утомлена. — Она повернулась к Мэри, успев краем глаза заметить выражение полной растерянности на лице Роберта. — Будьте любезны, проводите меня в мою комнату.

Но удивление хозяина дома, вызванное тем пренебрежением, которое явно выказала к его персоне юная англичанка, длилось недолго. Не успели Кэролайн и Мэри дойти до середины коридора, примыкавшего к гостиной, как вслед им загремел его раздраженный голос:

— Не очень-то рассиживайтесь там! Я желаю, чтобы вы спустились к обеду. Вы слышите меня?!

— Да такие вопли и глухой расслышал бы, — пробормотала Мэри, поднимаясь впереди Кэролайн по узкой деревянной лестнице. — Но он вовсе не такой скверный человек, каким кажется, — добавила она, останавливаясь на верхней площадке, чтобы перевести дух. — Просто не любит, чтобы ему в чем-то отказывали.

Кэролайн промолчала. Она чувствовала, что ее последние силы были потрачены на противостояние этому человеку. Их не хватило бы даже на это, доведись ей защищать лишь одну себя. Но то, что противный старик принялся кричать на робкую Мэри, придало ей отваги.

— Я очень надеюсь, что вам здесь будет спокойно и уютно, — проговорила Мэри, входя вместе с Кэролайн в небольшую светлую комнату. — У меня оставалась лишь эта материя, и она, по правде говоря, больше годится для платьев, но я подумала, что со свежими занавесками комната будет выглядеть лучше.

— Они просто замечательные! — горячо отозвалась Кэролайн, дивясь тому, что голос ее прозвучал совершенно спокойно и естественно, тогда как в груди ее бушевало пламя.