— Вы должны наконец стать моей женой в полном смысле этого слова. — Глаза его сузились. — Ведь вы хотите этого, не так ли, девчонка?

Горло Кэролайн сжал мучительный спазм, но ей все же удалось выдавить из себя едва слышное «Да». Ей действительно хотелось этого... у нее просто не было другого выхода. Она должна пойти на это ради будущего ребенка. Необходимо, чтобы Роберт считал его своим.

От его отвратительного, злобного смеха по спине Кэролайн пробежали мурашки, но она постаралась взять себя в руки и справиться с ужасом и отвращением. Роберт поманил ее к себе, и Кэролайн повиновалась.

— Помогите мне сесть в кресло.

Кэролайн позволила ему забросить руку себе на плечо и, сгибаясь под тяжестью его рыхлого тела, помогла старику добраться до кресла. Это далось ей нелегко. Роберт не отказывал себе в еде и напитках и значительно прибавил в весе за те несколько недель, что Кэролайн провела в Семи Соснах.

Роберт со вздохом облегчения откинулся на спинку кресла, и Кэролайн решила было, что может уйти. От старика несло перегаром и немытым телом, и к горлу ее от этой отвратительной смеси запахов подступила тошнота. Но Роберт, резко выбросив руку вперед, схватил ее за запястье.

Кэролайн попыталась было высвободиться, но пальцы старика еще крепче сдавили ее руку, словно для того, чтобы напомнить ей о его праве прикасаться к ней когда и как он того пожелает.

— Вы делаете мне больно!

— Тогда подойдите ближе, девчонка!

— Мое имя — Кэролайн!

— Мне прекрасно известно, кто вы такая, леди Кэролайн! — Он насильно подтащил ее к себе и заставил опуститься на колени подле своего кресла. — Великая и могущественная леди Кэролайн. Снизошедшая до моего ничтожества!

— Нет! — слезы навернулись на глаза Кэролайн, но, заморгав, она не позволила им пролиться.

— Разве может она ронять свое драгоценное достоинство в моей компании? Но общество презренных дикарей вас вполне устраивает, не так ли?! — Кэролайн не ответила, и Роберт еще сильнее сжал ее запястье. — Не так ли?!!

— Я... я, право, не понимаю, о чем вы... Я и правда помогаю Садайи и Валини. Но ведь вы, кажется, не против этого?

— Ишь, какая хлопотливая маленькая женушка досталась мне, старику! — Лицо его побагровело от ярости. — И вы решили, что я одобрю также те любезности, которые вы расточали моему сыну-метису?!

— Я не...

— Что?

Кэролайн больше не сдерживала слез. Роберт заставил ее склониться еще ниже. От нестерпимой боли в руке Кэролайн хотела было закричать, но в доме, кроме нее и старика, была лишь Мэри, и Кэролайн не решилась побеспокоить больную. К тому же Роберт был ее законным супругом, и ей не оставалось ничего другого, кроме как терпеть все его выходки и постараться примениться к нему.

— Как вам угодно, — проговорила она, стараясь не уронить своего достоинства, насколько это было возможно в коленопреклоненной позе с разметавшимися в беспорядке юбками. — Ведь он, в конце концов, ваш сын.

— Так, выходит, взгляды, которые вы бросали на него за столом, были исполнены лишь материнской нежности?!

Кэролайн промолчала, чувствуя, что сердце ее забилось быстрее, а голову словно стянуло железным обручем. Ведь она старалась вовсе не глядеть на Волка и ничем не выдать своих чувств к нему. Но, судя по словам Роберта, ей это не удалось.

— Интересно знать, что это вы задумали, девчонка?! Уж не собираетесь ли вы сбежать с ним? Не потому ли он заявился сюда и хотел забрать вас с собой?!

— Нет. — Кэролайн покачала головой, обрадовавшись, что смогла дать ему этот решительный ответ, не прибегая ко лжи.