— Так что ты сказала о тайном ходе? — прервал он ее.

— Ах об этом. Там есть одна или две комнаты, которые выходят прямо в потайной коридор. Я заглядывала гуда несколько раз. Обычно там хранят овощи с наших огородов или складывают крестьянский оброк, в общем, то, что нужно хранить в прохладном месте, — яблоки или вино, например. В этом нет ничего необычного, все так делают. Ну так вот. Как-то, примерно пару недель назад, я проходила мимо и услышала голос дяди.

— С кем он говорил? С кем-то из людей Черных Дугласов?

— Да, по-моему, это был кто-то старший из их клана. Он говорил с дядей как равный, а то и более высокий по положению. Он, кажется, напомнил дяде о чем-то из его прошлого, что дядя предпочел бы держать в секрете. Потом спросил о припасах, которые должны были отправить к Черным Дугласам, — будут ли они в сохранности до мая, потому что у них нет условий для долгого хранения.

— Ты уверена? Можешь поклясться?

— Конечно. Я тогда испугалась, поскольку услышала то, что мне не положено, и поспешила ретироваться.

— И правильно сделала. Тебя могли убить на месте, если бы заподозрили, что ты узнала что-то секретное. Итак, два месяца. — Ривен ударил кулаком по ладони. — Это совпадает с тем, что удалось узнать мне.

— Какие два месяца?

— Через два месяца армия в несколько десятков тысяч выступит против короля.

— В это трудно поверить. Зачем дяде рисковать жизнью и репутацией семьи?

— Все очень просто.

— Не хочу думать об этом. Для мужчин важнее всего высокие титулы и богатые земли. Неужели Дугласы имеют над ним такую власть? Вес это мне кажется слишком большой и рискованной игрой. Мой дядя не стал бы так рисковать. — Однако, вспомнив еще кое-что из услышанного разговора, Тэсс внезапно побледнела. — Постой-ка. Дядя и до этого участвовал в заговоре.

— До этого?

— На нем кровь короля Якова Первого. Поэтому он вынужден во всем подчиняться Черным Дугласам.

Тэсс сказала все, что Ривен пытался выяснить, потеряв столько времени на разговоры с Брендой, придумывая всяческие ухищрения. Для этого ей не потребовалось никаких усилий, а он потратил несколько месяцев и почти ничего не добился. Он обернулся к Тэсс. Теркетл хорошо понимал, что она могла быть невольной свидетельницей тайных приготовлений и бесценным источником компрометирующей его информации. И всего лишь нужно правильно задать ей вопрос. У Теркетлов были все основания жаждать ее смерти. Она находилась в не меньшей опасности, чем сам Ривен. Это значит, что их не перестанут преследовать, пока они будут в пределах досягаемости людей Теркетла. Ни у Тэсс, ни у него самого нет преданных друзей, на которых можно рассчитывать. Это он вовлек ее в этот кошмар, и его долг оградить ее от возможных последствий. Но как это сделать, если ему вряд ли удастся спасти даже собственную шкуру.

— Я помогла тебе? — спросила наконец Тэсс, обеспокоенная его хмурым видом.

— Очень помогла. Если, конечно, мне удастся сообщить эти сведения королю и его людям. Однако ты по-прежнему в опасности.

— Догадываюсь. Еще одна причина меня убить. Думаю, Черные Дугласы добиваются того же.

— Хорошо, что ты это поняла.

— Тут ничего сложного. Дядя понял, что я представляю для него опасность, и у него появилась еще одна причина убить меня. Но убить можно всего раз.

Тэсс вернулась к огню и присела, разглядывая языки пламени. Ее жизнь с самого рождения подвергалась всяческим опасностям — болезни, клановая вражда, кровавые стычки.