— Жалко, что пришлось покинуть уютную комнату в гостинице. Я был уверен, что достаточно заплатил Мэри за молчание, и в придачу пригрозил ей.

— Вы были знакомы, и она тебя узнала? — Тэсс не была уверена, что хочет знать всю правду о Мэри именно сейчас да и вообще.

— Да. — Он поморщился. — Прежние знакомства могут создавать проблемы, и по закону подлости именно тогда, когда меньше всего этого ждешь. Много месяцев назад мне приходилось часто бывать в Эдинбурге, однажды я провел с ней ночь, и какое-то время она была моей любовницей.

— В Эдинбурге? А что она делает в этом убогом трактире в захолустной деревушке?

— Она родом отсюда, по каким-то причинам ей пришлось бежать из большого города. Я не спросил почему. Мне это неинтересно. Правда, она успела сказать, что у ее покровителя возникли какие-то проблемы из-за его женитьбы или из-за ревности жены. В общем, она предложила возобновить наши отношения.

— Она хорошенькая. И такая пышнотелая. — В ее голосе послышались нотки ревности, и Ривен обнаружил, что ему это приятно. После того как он испытал приступ страха и ненависти при одной лишь мысли, что люди Теркетла хотели изнасиловать Тэсс, он с удовольствием осознавал, что и ей не чуждо это болезненное собственническое чувство. Он видел, как страдает Тэсс.

Здравый смысл подсказывал, что надо ее утешить какими-то теплыми, пусть ничего не значащими словами, но он не стал этого делать, хотя ее переживания были ему небезразличны. Это лишний раз доказывало, что у него были основания для беспокойства, которое возникло еще в таверне, когда он так легко отверг Мэри. Мэри была весьма привлекательна и опытна, такую женщину он до встречи с Тэсс без малейших колебаний затащил бы в постель. А потом увидел Тэсс в этом скромном платье и понял, что только она ему нужна. Ничего подобного Ривен от себя не ожидал и старался отогнать эти тревожные мысли.

— Да, у Мэри все при ней, однако она — продажная девица. — Он поцеловал Тэсс в кончик носа. — Пусть у тебя нет таких соблазнительных форм, но для меня ты — совершенство. — Вспыхнув от смущения, Тэсс с некоторым недоверием посмотрела на Ривена. — Разве я не предпочел тебя этому роскошному телу? Мэри не пробудила во мне даже искры желания. Все, о чем я думал, разговаривая с ней, — это как заставить ее молчать. Но не получилось.

— Поэтому нам снова пришлось скакать всю ночь.

— Так будет до тех пор, пока не доберемся до короля.

— По крайней мере пока не оторвемся от своры гончих, что висит у нас на хвосте.

— Думаю, нам это уже удалось, но на всякий случай не будем разводить огонь.

— Конечно, не будем. — Она со вздохом посмотрела на изодранный подол платья. — Каким бы стареньким ни было это платье, погоня его доконала.

— Ты в нем прекрасно выглядишь. Если бы нас не прервали так бесцеремонно, я бы показал, какое впечатление ты на меня произвела.

Тэсс улыбнулась. Ривен не любил цветистых фраз. И лесть его тоже была прямой и неприкрытой. А потому правдоподобной. Кроме того, ома хорошо помнила выражение его лица, когда он впервые увидел ее в женском платье. От его восхищенного взгляда она сразу почувствовала себя красавицей. И это было важнее любых слов.

— Прости, что я потратила столько денег, но мне очень захотелось, чтобы ты хоть раз увидел меня в женской одежде. — Она нахмурилась, заметив усмешку на его губах.

— Тэсс, после первой ночи, которую мы провели под одним одеялом, мне никогда не составляло особого труда видеть в тебе настоящую женщину.