— Да?

— Но на похоронах он был один и о жене не упоминал.

— Может, он из тех мужчин, которые предпочитают, чтобы жена всегда оставалась дома, так сказать, берегла семейный очаг?

— Кто знает, — пожал он плечами.

— Возможно ли, что он приедет на выходные с женой?

— Нет. Раз он не упомянул, что привезет с собой гостью, значит, приедет один. И если он не хочет сообщать мне о своей женитьбе, это его право.

— Похоже, эта ситуация действует тебе на нервы?

— Вовсе нет. Кейд может вести себя так, как считает нужным. Но, учитывая его скрытность, я не могу ожидать от него многого. Удивлен, что его вообще интересует судьба Джино. Обычно он слишком занят делами своей нефтяной компании, чтобы обращать внимание на что-то другое. А еще у него настолько большое ранчо, что даже он сам не знает, какова его площадь, и им тоже нужно управлять, а ведь он не слишком любит людей.

— Значит, он будет крепким орешком, который нам предстоит расколоть.

— Ну-ну, — фыркнул Дариус.

— Здесь сказано, что Ник владеет фабрикой, — заметила Уитни. — И его чистый капитал равен примерно четверти капитала Кейда.

— Что, учитывая размер состояния Кейда, составляет примерно полбиллиона долларов. Главное — не попади под обаяние Ника. Он приедет сюда со своим южным шармом и изысканными манерами, а уедет с моим столовым серебром.

Глаза Уитни расширились от удивления.

— Он что, вор?

— Он сладкоречивый лжец.

— Значит, у тебя в родственниках нелюдимый брюзга и обаятельный обманщик?

— Ага, правда здорово? А теперь у меня есть брюзга, обманщик и младенец. И похоже, я сумасшедший, если думаю, что смогу найти нечто, что объединит их всех.

— Ты знаешь, что справишься!

Он посмотрел на Уитни со странной улыбкой, и у нее по коже побежали мурашки.

— Не слишком обольщайся. Я хотела лишь сказать, что человек, способный управлять огромной корпорацией, наверняка управится с родственниками. Как исполнительный директор «Андреас Холдинг», ты должен обладать всеми необходимыми для этого качествами.

— Какими, например?

— Силой, самонадеянностью, высокомерием. Ты, правда, хочешь, чтобы я продолжала этот список?

Дариус медленно поднялся с дивана и внимательно оглядел замершую Уитни:

— Я с большим удовольствием услышу список, в котором ты перечисляешь мои хорошие качества.

Сейчас его глаза говорили, что все это время его сжигало то же желание, что и Уитни. Стараясь вернуться к теме разговора, Уитни кивнула:

— Хорошо. Ты сильный, ты несомненный лидер. И ты всегда стараешься поступать правильно.

— Я знал, что ты видишь во мне и хорошие стороны.

— Сейчас мне все больше хочется вернуться к первому списку, где было слово «высокомерный».

— Не надо.

Игривость исчезла с его лица.

Его гипнотические, ониксовые глаза впились в лицо Уитни, у которой от этого взгляда кровь забурлила в венах от невыносимого желания. Уитни хотелось верить, что между ними лишь сексуальное напряжение, то, что она может контролировать, сохраняя дистанцию.

Если бы не пережитая в прошлом боль, если бы ей не было так страшно вновь довериться мужчине, она бы наверняка уже влюбилась в него, потому что Дариус Андреас относился к тому типу мужчин, перед которыми ни одна женщина не способна устоять.

— Лучше сконцентрируйся на моих положительных качествах.

Сердце Уитни забилось быстрее. Может быть, он хочет, чтобы она увидела его хорошие стороны, потому что действительно хочет ей понравиться? Нет, она не должна думать об этом. Дариус слишком хорош для нее, разбитой, несчастной, слабой.