— Лайма, — задала она вопрос, — а каким образом вы приобретали все это? На аукционах?

— Кое-что, Ира, — ответила Лайма. — Едва ли десять процентов. Все остальное по частным каналам. Ты знаешь, что это такое?

Ирина отрицательно мотнула головой. Лайма усмехнулась:

— Надо же, а еще пишешь детективы. Коллекционеры, в особенности те, что специализируются на древностях, готовы душу продать, чтобы заполучить раритетный экспонат. Вывозить артефакты из Египта или, к примеру, из стран Южной Америки запрещено, за это можно попасть в тюрьму, причем иногда даже до конца жизни. Но на что не пойдешь ради этих прелестных штучек!

— Ты хочешь сказать… — произнесла с запинкой Ирина.

Лайма перебила ее:

— Тебе не верится, что мы покупали заведомо краденые вещи? Боже мой, да многие коллекционеры организовывают кражи из музеев или частных коллекций, если не в состоянии получить заветный экспонат за деньги. Мне удалось кое-что вывезти во время раскопок на территории столицы дольмеков. Было сложно, но вещи того стоили!

Ирина вздохнула. Плохо, оказывается, знала она свою кузину и ее мужа. Похоже, Лайма на самом деле бредила дольмеками, раз решилась на преступление, чтобы завладеть их сокровищами.

Лайма провела ее в последний зал, в отличие от других небольшой. В нем стояла стеклянная витрина, выполненная в виде ограненной пирамиды. Ирина присмотрелась. Надо же, Мироновы, как и в московской галерее, на открытии которой она была совсем недавно, оснастили и свой домашний музей голограммой однорукой дольмекской богини. Из-под стекла на Ирину смотрела все та же зубастая и чрезвычайно неприятная особа, покровительница чар Луны, с труднопроизносимым именем.

— Вот она, мамаша Мелькоатлан, — сказала Лайма, подходя к витрине. — Это из-за нее погиб Володя, я уверена!

— Что ты говоришь? — удивленно произнесла Ирина. — Как голограмма могла причинить вред Владимиру? Я не понимаю…

— Это не голограмма, — сказала Лайма. — Это настоящая Мелькоатлан. Сделанная из розового кварца и лазурита.

— Ты сделала копию? — непонимающе спросила Ирина. — Но зачем?

Лайма тряхнула головой:

— Ирочка, копии выставлены в галерее и в музее наверху, здесь находятся исключительно подлинники. Статуэтка Мелькоатлан самая что ни на есть подлинная, изготовленная дольмекскими мастерами примерно за тысячу пятьсот лет до Рождества Христова.

— Но ты же говорила… Профессор Иваницкий утверждал, что статуэтка этой богини была потеряна после того, как конкистадоры разграбили столицу дольмеков в Средние века.

— О, милый профессор далек от суровой правды жизни, — жестко сказала Лайма. — Ярослав Мефодьевич, конечно, не знает о том, что во время экспедиции профессор Венденяпин обнаружил в стенной нише на подземном уровне Храма Звезд эту статуэтку. Николай Антонович не успел никому рассказать о находке по очень простой причине: в тот же вечер его убили.

— Убили? — холодея, произнесла Ирина. Она ощутила мороз, который пробежал по коже. Ей казалось, что раскосые огромные глаза однорукой богини пялятся на нее. — Но ведь он стал жертвой несчастного случая, упал в водопад…

— То, что он упал в водопад, не подлежит сомнению, — ответила Лайма. — Нам стоило больших усилий выловить его тело. И знаешь, что обнаружили у него под левой лопаткой? Крошечное отверстие — от наконечника стрелы, которые дольмеки и прочие южноамериканские индейцы выплевывали через особые трубки.