– За одного из вас я бы помолилась!.. – задумчиво произнесла темная, поигрывая изумрудным шаром.

Выдержав эффектную паузу, она добавила:

– За Этериона! Попросила бы Калиго, чтобы этот раб никогда не родился снова.

Тварь!

Дан опустил глаза, пряча проступившую зелень начавшейся трансформации.

С тихим хрустом сломался амулет в руках Маракоса, кожа вояри потемнела.

Элениэль с интересом наблюдала за изменениями.

Вояри ничего не сможет ей сделать, но стоит ему шагнуть к ней, и руки магессы будут развязаны. Халлон, конечно же, разозлится – такого породистого вояри потерять! – но для него жизнь вулканца это всего лишь жизнь раба!

– Маракос, нет! – отчеканил Дан, обернулся к темной. – Ты закончила развлекаться с моими парнями? Может, приступим к делу?

– Разве я развлекаюсь? – улыбнулась эльфийка, щелчком пальцев снимая морок.

Вытащив из кармана зеркальце, магесса придирчиво оглядела свое темное лицо, поправила светло-дымчатые волосы. Перехватив взгляд Дана, довольно усмехнулась и кивнула.

– Ты прав, мой мехтар, развлекаюсь! – Она обиженно надула губы. – Но ведь ты простишь меня?

Дан старался сохранять внешнее спокойствие. Хватит того, что трое из его вояри щеголяют сверкающим зеленым взглядом. А Волиан и Дорин слишком уж старательно занялись поясами.

– …видишь ли, горная крепость, – продолжала мурлыкать темная, – в которой я служила последние девяносто лет, совсем скучная!

Магесса облизнула губы, потянулась поправить задравшийся подол. Но тот «случайно», вместо того, чтобы прикрыть ноги, обнажил колени и крепкие бедра, сбился вбок, поднимаясь все выше и выше.

Дан криво усмехнулся. Теперь представление устроено лично для него! Что же ей приказал Халлон? И что пообещал, раз темная готова на все? Ответ напрашивался сам – снять опалу!

Вообще-то сам факт, что Халлон сослал магессу – эльфийку! – за смерть одного из вояри был очень странным.

Жизнь рабов повелитель ценил не слишком высоко, и Дан подозревал, что это был лишь повод. Самоуверенная темная принадлежала к одному из богатейших родов Туманного Леса и была потенциальной невестой правителя. И если бы ее отец всерьез захотел поставить под сомнение клятву повелителя покойной королеве у него бы наверняка получилось. Жениться снова Халлон не желал. Но эгоистичная эльфийка предпочитала этого не видеть.

– Ты… – Дан скользнул по ногам темной «заинтересованным» взглядом, игриво приподнял бровь, – не простудишься? Холодно, наверно, без белья?

– Что?! – Элениэль ошарашенно хлопала глазами.

Не это она ожидала услышать!

Дан спрятал торжествующую усмешку.

– Она для стражников во дворце подготовилась!.. – тихо пробурчал Маракос. – Вдруг мы опять в засаду попадем…

Вояри дружно хмыкнули.

Магесса вскочила, опрокинув стул, на кончиках пальцев вспыхнуло кружево заклинания.

– Не думаю, что эта формула подойдет! – Показав на повисшее в воздухе плетение, Дан постучал пальцем по щеке. – На дворце несколько слоев защиты. Первый блокирует любые магические указатели, компасы и тому подобное. Он завязан на сигнале тревоги, снять не выйдет. Так что мы знаем, что цилиндр во дворце, но где, неясно. Либо у самого повелителя, либо у Охтарона, больше Анкалимон никому не доверяет. В покоях Охтарона шесть слоев защиты, последний настроен на движение. Он полностью покрывает пол. Сможешь снять и вернуть обратно?

Он вопросительно посмотрел в дымчатые глаза разъяренной темной.

– На полу?.