Новый удар сотряс постройку, и меня подкинуло в воздух.

— Да чтоб тебя! — заорал я, перемещаясь ещё выше.

Развернувшись в воздухе, получил секунду, чтобы осмотреться, и о чудо! — увидел улицу, по которой пришёл к пирамиде с криокапсулой Пса.

Только вот от неё мало что осталось. Целые куски земли, скал и зданий откалывались от реальности, поднимались в воздух, словно гравитацию отменили, и рассыпались на ещё более мелкие части.

Выбрав одну из уцелевших крыш, тремя прыжками я добрался туда, едва не попав под пролетевший мимо осколок какого-то монумента. Пробежав по идеально ровной поверхности, прыгнул раз, другой, третий и, разогнавшись, перемахнул через целый квартал, вывалившись где-то между каналом и огромной площадью с монструозным монументом по центру.

Прокатившись по золотым плитам, вскочил, и чуть не оказался раздавлен рухнувшим откуда-то с неба куском массивного кристалла. Изменив направление, снова прыгнул, и уже видя вдалеке стену, опоясывающую Эльдорадо, поднажал, в последний момент умудрившись перескочить через череду провалов, образовавшихся у меня на пути.

Всё дальнейшее осталось в памяти одним смазанным пятном. Разрушение города ускорилось до такой степени, что целых мест почти не осталось. Огромный пространственный карман теперь напоминал швейцарский сыр, с пустотами Изнанки вместо дырок.

Здания, дворцы, целые куски скал и земли, деревья, вода — всё это оказывалось втянуто в разломы, появляющиеся то тут, то там. Теперь их было не три, не пять, и даже не десять — ежесекундно вокруг меня открывались новые прорехи. Они превращали реальность в истлевшую, расползающуюся материю, и приходилось соображать очень быстро, чтобы не столкнуться с пустотой, за которой не было ничего.

Мне совершенно не улыбалось оказаться там же, куда я отправил Пса…

На последних сотнях метров стало понятно, что магия перестаёт работать. Прыжки получались всё короче и короче, поэтому плюнув на колдовство, я побежал что есть сил.

Благо — чем ближе к границе города, тем больше целых участков осталось от Эльдорадо.

В один момент я не удержался и обернулся — и нажил себе седых волос, полагаю. Из всех разломов начали появляться мерзкие склизкие щупальца, окутанные иссиня-чёрным дымом. Они били по ещё уцелевшим кускам города, вцеплялись в здания и крошили их в пыль.

А ещё от них тянуло смертью.

Ближайшее щупальце, под сотню с лишним метров длиной, метнулось ко мне. От него кое-как удалось увернуться, и после этого я больше не оглядывался. Перепрыгивая через образующиеся трещины, сломя голову нёсся к воротам. Они, к моему удивлению, были ещё целыми.

Позади меня раздался жуткий вой, и всё тело покрылось мурашками.

Прыжок! Нет, не вышло…

Ну же, давай!

Прыжок! И снова не получилось…

За спиной что-то взорвалось и меня подкинуло вперёд, пронеся через высокие створки. Граница пространственного кармана приблизилась с невероятной скоростью, больно ударила меня в грудь и…

Я оказался на чёрной траве. Раскинув руки, валялся на спине и тяжело дышал. Лёгкие горели огнём. Да уж, давненько мне не доводилось устраивать такие забеги…

Повернув голову я завесу, отделяющую Эльдорадо от реального мира. Она таяла на глазах, и через несколько секунд полностью исчезла, оставив после себя лишь лёгкий запах озона.

— Выпусти меня!

Вот чёрт, в рюкзаке ведь фэйри лежит!

Встав на колени, я стащил его с плеч и расстегнул молнию. Оттуда выбрался помятый, словно даже пожёванный кем-то дуэнде со всклоченными волосами и злобным выражением лица.

— Ты!.. Ты!.. — он задыхался от возмущения, — Ещё никто не относился ко мне столь неуважительно! Эта тряска! Места мало! А потом ты решил меня раздавить, длинноног! Да я!.