|
Это придаст тебе сил. — Хорошо, — сказала она. Кэлин вошел в пещеру, поднял мешок и достал оттуда несколько кусков соленого мяса. Чара ела молча. Кэлину казалось, что между ними пролегла пропасть, и он не знал, как преодолеть ее. — Почему ты не дал мне отомстить? — вдруг спросила она. — Он все равно умирал, — произнес юный ригант, — в страшной боли. — Надеюсь, его боль продлится вечность, — сказала она. — Почему он предал тебя? Знаешь? Она покачала головой и опять замолчала. — Ты говорила, что это из-за мести, — напомнил он. Чара вздохнула: — Он хотел жениться на мне. Отец смеялся над ним. Я ничего не знала об этом. Он рассказал, когда… — Лицо ее покраснело. — Он сказал, что все, что причиняет мне страдание, — вина моего отца. Я не должна была позволять тебе остановить меня. Я должна была вырвать его глаза, — Это не принесло бы тебе покоя, — сказал Кэлин. — Покоя? Думаешь, я когда-нибудь успокоюсь? Откуда тебе знать? Ты мужчина, а значит, такой, как и все эти вонючие мужики в крепости. Сила ее ярости потрясла его, но не разозлила, а опечалила. — Я не такой, как они, — сказал он наконец. — Я никогда не причинял вреда женщинам. Настоящий ригант никогда не сделает этого. Отдохни немного. Вернувшись к входу, он опустился на камни в отчаянии. Вуллис Свейнхам мертв, но его злой дух продолжает жить. Кэлин не в силах изменить это. Холодало. Он увидел, что Чара спит, и укрыл ее плащом. Начался дождь, Кэлин вошел в пещеру. Вдруг Чара закричала и резко села, схватившись за пистолет. — Все хорошо, — успокоил ее Кэлин. — Ты в безопасности. Я с тобой. — Они снова придут за мной, — заплакала она. — Я не позволю им причинить тебе вред. Она закрыла глаза, дыхание стало ровнее. — Ты не позволишь им забрать меня? — Обещаю. — Ты убьешь меня? — Я не позволю им взять тебя. — Мне нужно больше, Кэлин. Обещай, что застрелишь меня. — Этого не понадобится. Но если так, тогда да, я убью тебя. Обещаю. К полудню следующего дня они добрались до западных гор. Кэлин взобрался на высокое дерево, чтобы оглядеть долину и путь к перевалу. Сотни солдат расположились там. Кэлин видел, как они разбили лагерь, выстроили линию из двадцати пушек. Лошади отведены к востоку. Спустившись, Кэлин рассказал об увиденном Чаре. — Мы сможем проскользнуть мимо? — спросила девушка. — Нет. — Что нам делать? Мы не можем просто сидеть в лесу, пока не умрем с голоду. — Мне надо время подумать, — произнес он. Отойдя от Чары, Кэлин подошел к высокой скале и посмотрел на нее. Они уже были довольно высоко, и горы поднимались вверх еще футов на шестьсот. Кучевые облака не давали ему увидеть вершину. Кэлин прошелся вдоль подножия горы. Это не песчаник южных холмов с множеством трещин и выступов, по которым удобно забираться. Гримо научил его подниматься на горы, он усвоил, что главная опасность исходит не от гор. Уступ приблизительно в десяти футах от земли был прочный и большой. Следующий, в ста футах, казался крошечным. Чем выше, тем опаснее. Мышцы устанут, ветер будет срывать одежду. Страх часто вызывает головокружения, когда кажется, что гора качается, пытаясь сбросить с себя карабкающихся людей. Кэлин знал, что в идеальных условиях сможет совершить этот подъем, потом пройти через хребет и спуститься на землю ригантов. Сейчас условия не были идеальными. Ночью шел дождь, камни были скользкие и гладкие. И в том состоянии, в котором пребывала Чара, ни о каком переходе не могло быть и речи. |
