На этом беседа и закончилась. Сказать мне больше было нечего. Парень абсолютно прав. Я действительно сам себя не понимаю — почему, попав в такую передрягу, я не испытываю ни малейшего страха? Почему не пытаюсь бежать? Почему я не смог жить так, как живут остальные люди? Весь я состою из одних противоречий. Ничего-то я о себе не знаю.

Несусь я на чужой машине в какой-то неизвестный мне город, рядом — незнакомец, от которого за версту несет опасностью. Что мог ответить парень на мой дурацкий вопрос? «Вы хороший человек» — и больше ничего. Я тоже ничего не могу в нем понять, хоть мы прожили бок о бок уже много часов, вместе ели, рядом спали. Может быть, послезавтра он станет мне понятнее.

Я стал думать об этом дне. Вполне вероятно, что у парня ничего не выйдет. По-моему, шансов на успех у него мало. Быстрые ноги, сила и ловкость вряд ли помогут ему прорваться через охрану. Зачем он выбрал такое оружие? Нужен пистолет, чтобы можно было осуществить акцию с расстояния в несколько метров. Но мне хочется, чтобы парень воспользовался именно той штукой. Той самой, которая спрятана в саквояже. Если бы от парня требовалось всего лишь нажать указательным пальцем на спусковой крючок, он не казался бы мне особенным человеком.

Парень совсем заворожил меня — и я понял это только теперь. Я не могу осуждать его. Он не кажется мне ни слепым орудием, которым кто-то управляет с безопасного расстояния, ни маньяком, готовым на любое преступление, лишь бы оставить свое имя в истории. Возможно, выбрал его на эту роль С., но решение-то парень принял сам. Он не похож на послушного раба, да и юношеской пылкости в нем тоже нет. Парень — сам себе хозяин, над ним нет никого. И поэтому он по-настоящему свободен. Вот как я считаю. Да, он именно таков.

Я здорово расчувствовался. Собственно говоря, эмоции переполняли меня все это время, с того момента, когда я увидел парня в первый раз. Если бы не огонь, сжигавший меня изнутри, я бы давно уже вышел из игры. Как убедился бы в том, что дело нечисто, только бы они меня и видели. А теперь мне даже денег не нужно, ей-богу. Какое право имеет С. называть парня этот? Ишь ты, «корми его повкусней да к бабам своди». Как славно он устроился — сидит себе где-то в тихом месте и командует по телефону. С. должен сам приехать на виллу и лично поговорить с парнем, причем не позднее завтрашнего дня. Я бы на его месте обязательно так сделал. Хотя парню, наверное, это ни к чему. Он ведь действует не ради С., а ради самого себя.

Хорошо бы девки оказались стоящие, подумал я. Если сегодня ночью парень останется недоволен, я в лепешку расшибусь, но достану завтра такую, которая ему понравится.

Парень все насвистывал. Я сидел, яростно вцепившись в руль и сверля глазами ленту шоссе. Никогда еще не вел я машину так осторожно, даже когда выезжал куда-нибудь с детьми. Если навстречу мчался грузовик для дальних перевозок, я сжимался в комок — вдруг шофер уснул за рулем.

Таксист набросал на клочке бумаги маршрут. Я без труда нашел нужную улицу, и вскоре впереди показалось море, а слева — дом в японском стиле, окруженный высокой каменной стеной. По виду он напоминал обыкновенный ресторан, только в месте был расположен не совсем обычном: сзади — сосновая роща, впереди — песчаный пляж, никаких других строений поблизости.

Автомобильная стоянка располагалась во дворе, но роскошные решетчатые ворота были закрыты. Я посигналил. Сразу откуда-то выскочил маленький старикашка и, низко кланяясь, раздвинул тяжелые створки. Во дворе стояло две машины, обе с местными номерами, так что я не понял, кому они принадлежат — хозяйке заведения или гостям.

Мы вошли в прихожую, разулись, старикашка тут же убрал обувь в ящик и уволок его куда-то.