Справа, за заливом, возвышалась ещё одна отвесная скала – неприступная стена из камня, поросшая джунглями. С горы стекали две реки, от которых поднималась туманная дымка. В излучине рек росло дерево-великан. Сверкающие фиолетовые фонарики на его ветвях будто манили Клэр.

Она сощурилась. Между той скалой, где они сейчас находились, и соседней из океана торчал тонкий базальтовый пик, оканчивающийся плато меньше ста метров в ширину. Чуть влево от их укрытия начинался каменный мост, ведущий прямо к плато, которое в свою очередь соединялось с противоположной скалой толстым прочным канатом из лиан. Клэр смогла бы аккуратно, цепляясь когтями за лианы, пройти по нему.

Обезьяна-Коста взобрался на дерево слева и, наклонившись, прошептал ей на ухо:

– На маленькой горе, посередине, дежурят мутанты.

Она и сама их видела: поджарые, мускулистые звери с телами гончих и крокодильими челюстями. Один, два, три… семь. На Уллее искусственный интеллект поднимал тревогу, если погибало больше трёх преследователей. Иногда хватало и двух.

Нонна сейчас очень бы пригодилась. Но нет смысла сокрушаться о том, чего не изменить. Придётся рискнуть.

– Время действовать, – сказал бык-Чарльз. – Помните, мы здесь, чтобы спасти детей, дать им достойную жизнь.

Звери согласно зашумели.

– Спасибо, – поблагодарила Клэр. – Будьте осторожны. Не свалитесь в воду.

Чарльз поклонился. Она ответила ему тем же. Один за другим её спутники скрылись в джунглях. А она сама снова легла у корней и стала ждать.

Пронзительный крик возвестил о появлении Миттали. Птица выскочила на мост, распушив перья, и затрясла хвостом перед собакоподобными зверями. Преследователи зарычали, обнажив острые клыки, с которых капала жёлтая пена. Птица распушила перья:

– Ну, давайте! Давайте!

Один из монстров отделился от стаи и погнался за Миттали. Она на мгновение замерла, а затем рванула прочь, уводя пса за собой.

Ещё трое членов команды Клэр отвлекли по одному преследователю. Остался только Коста. Он добежал до середины моста и с громким гиканьем стал подпрыгивать. Псы зарычали. Коста сделал сальто в воздухе. Хвастун.

Одно животное двинулось вперёд. Коста продолжал скакать, не замечая ничего вокруг. Преследователь подкрадывался всё ближе, ближе. И вот уже он распахнул пасть. Коста дёрнулся назад, и псина щелкнула зубами, поймав лишь пустоту. Быстрым движением лапы обезьяна ударила преследователя по мохнатой морде, угукнула и дала стрекача. Разозленный пёс не отставал.

Вот дурень. Клэр улыбнулась, шевельнув усами, и, крадучись, вошла в джунгли. Двигаясь совершенно бесшумно, по узенькой тропке она добралась до моста. Зелёный камень выглядел древним, потрескавшимся и истёртым. На это была лишь причуда сознания, которое так интерпретировало старый, постепенно приходящий в негодность код. Клэр представила, как мост рушится прямо у неё под лапами, и тут же пожалела о своём богатом воображении.

Монстры навострили уши.

Нельзя падать в воду. Это не смертельно, но потребуется слишком много времени, чтобы снова взобраться на вершину. Малейшее промедление увеличивает риск, что кого-нибудь из помощников Клэр укусит преследователь. Надо спешить.

Осталось двое. А умеют ли они плавать?

Мохнатые мускулистые псы одновременно бросились на неё. Она замерла. Они прыгнули, в их красных глазах сверкала жажда крови.