На его лице не было улыбки, когда он любовался своей работой в этот раз. Парень вытащил нож из мишени и снова метнул его так же быстро, как и до этого. Все произошло настолько моментально, что мне понадобилась минута, чтобы понять, куда он воткнулся. Но потом я увидела манекен, который раскачивался в углу гаража с ножом в глотке.

Вскрикнув, я быстро отпрыгнула подальше от окна, заодно стукнувшись затылком о дверь шкафа. Это было очень больно, и я заорала так, как будто завтра никогда не наступит.

– Что здесь происходит? – спросила Анджела, врываясь в мою комнату. Она посмотрела на меня и ее взгляд стал еще недовольнее. – Ты еще не одета!

– Анджела! – зашипела я, отталкивая ее от окна. – Он сумасшедший!

– О ком ты говоришь?

– О новом соседе!

Анджела вырвалась из моих рук и выглянула в окно.

– Там никого нет.

Она была права. Он снова зашел в дом и, судя по всему, забрал нож с собой.

– У него был нож. Он бросил его в тот манекен. Прямо в горло, равно посередине. С такой легкостью, как будто мог сделать это с завязанными глазами.

Анджела закатила глаза, а потом взяла пузырек с купленными по рецепту таблетками, который стоял на ночном столике.

– Сколько ты приняла?

– Я не под кайфом от обезболивающих, идиотка.

– А выглядит именно так.

Анджела раздраженно застонала и потащила меня за собой из комнаты.

– Я не пойду туда! – запротестовала я.

– Прекрасно! – крикнула Анджела. – Ну и оставайся лузером! Я пойду сама.

– Ты не можешь пойти туда! Что, если ты станешь следующей, кому он перережет глотку?

Анджела сложила руки на груди и зловеще усмехнулась.

– Тогда ты можешь винить себя в моей смерти, потому что именно ты отпустила меня одну.

Сестра вышла из комнаты, и я слышала, как она сбежала по ступенькам. Вслед за этим хлопнула входная дверь.

– Анджела! – позвала я из окна, делая еще одну попытку образумить ее.

Взгляда, которого она бросила на меня, было достаточно, чтобы понять, что сестра не собирается меня слушать. Когда она пошла по дорожке, я посмотрела на дом соседа, а потом мой взор самопроизвольно упал на его окно. Жалюзи были опущены, но оставалась маленькая щель. Я могла бы поклясться, что видела тень, которая стояла за ними.

Что мне было делать? Я не могла отпустить ее одну. Этот парень психопат. Сначала он убил собаку Хаскинсов, а потом я узнала, что он профессионально метает ножи?

– Анджела, подожди! Хорошо! Я пойду. Только… подожди.

– Десять секунд, – крикнула она мне.

Я натянула первую попавшуюся футболку без номера, проигнорировала запрет на дырки на джинсах, а потом аккуратно собрала волосы в хвост. Лично мне было наплевать, если будет видно шрамы. Увидев меня, Анджела закатила глаза, но не сказала ничего, кроме:

– Ты слишком долго.

– Ненавижу тебя, – пробурчала я, и мы, вопреки всякому благоразумию, стали переходить улицу, чтобы встретиться с новым соседом.

Мы дошли до его почтового ящика, когда позади нас раздался автомобильный гудок. Я схватилась за больную голову, а Анджела развернулась, чтобы поприветствовать свою неожиданно нагрянувшую компанию. Не знаю, какой из ее миллионных обожателей находился в машине, но кто– то из них высунул голову в окно и сказал:

– Андж, детка, мы собираемся в парк поиграть с фрисби. Тедди и Алекс притащат барбекю.

Анджела тоскливо оглянулась на дом соседа, а потом вздохнула и залезла в машину, даже не посмотрев на меня.