Алисия поспешила к парадной двери, и, пока она рылась в сумочке, дождь вымочил ее до нитки. Внезапно она ощутила, что стоит на пороге не одна. И действительно, подобно щупальцу гигантского ската, протянулась из-за спины рука, и мистер Висенти, неожиданно выхватив из ее пальцев ключ, с легкостью повернул его в замке.

— Вот так, мисс Стоун, разговор еще не закончен. Я наконец хочу знать, чего вы добивались, рассказывая мне столь сентиментальную небылицу, — резко сказал Антонио, следуя за Алисией в холл. Вытрясти из нее правду просто необходимо, зачем откладывать в долгий ящик? Он не любит оставлять дела незавершенными.

— Но я же все объяснила вам… — слабо сопротивлялась Алисия. У нее не осталось душевных сил отражать нападки этого наглеца.

— Ложь! Кэтрин никогда не скрыла бы от меня правду!

— Ну хорошо, если вы хотите, чтобы я призналась, что все выдумала, я признаюсь. Теперь вы довольны? — тихо произнесла Алисия. Ей не терпелось как можно быстрее завершить эту неудавшуюся встречу, и поэтому она уже была готова сознаться в чем угодно, лишь бы он оставил ее в покое. Но, взглянув на Антонио, она вдруг поняла, что совершила большую ошибку. Его взгляд потемнел, а губы сжались в тонкую нить.

Кэтрин много рассказывала о тяжелом характере своего бывшего мужа. Она была особенно откровенна в первые месяцы беременности, но Алисия думала, что золовка сгущает краски, преувеличивает из-за переживаемого стресса. А потом ведь люди меняются. Возможно, со временем характер Антонио стал мягче. Но сейчас, глядя в его загорелое, мужественное лицо, она засомневалась, что кто-то или что-то в этом мире способно смягчить Антонио Висенти.

— Нет, не доволен, мисс Стоун! — Он схватил ее за руку и притянул к себе так, что их глаза оказались почти на одном уровне. Она была зла и напугана, но Антонио видел, что в душе юная леди крепка как скала.

Ни одна женщина так его не задевала. И неожиданно для себя он почувствовал, что проигрывает это состязание.

— Хорошо, раз уж вы здесь, пройдемте в кухню, — жестом указала Алисия. — Я все вам объясню при условии, что вы прекратите называть меня лгуньей и, не перебивая, выслушаете все, что я вам скажу.

— Никто никогда не разговаривал со мной подобным образом, — отрезал Антонио.

— А я буду. — Алисия не дала ему возможности ответить. Резко повернувшись на каблуках, она, минуя темный холл, направилась в кухню.

— Садитесь, — сказала Алисия, указав Антонио на стул и плотно прикрыв за собой дверь.

Это был дом Эндрю и Кэтрин. Алисии было интересно, узнает ли Антонио то, что когда-то принадлежало его жене? Вряд ли… Хотя таких предметов было совсем немного. Их прежний дом Кэтрин продала сразу же после развода, а все вещи, включая коллекционные картины, оставила мужу. Себе взяла лишь те сувениры, которые покупала сама.

— Хотите кофе?

— Я не детектив, но легко догадаться, что этот особняк принадлежал вашему брату и Кэтрин. Так ведь? — осведомился Антонио, проигнорировав гостеприимство Алисии.

Она заметила, как Антонио изучающим взглядом осматривает уютную кухню.

— Да, это был их дом. Теперь он принадлежит мне.

Антонио снял пиджак и повесил его на спинку стула. Его взгляд приковали рисунки Хелен, прикрепленные к стене. Он так долго смотрел на них, что его напряжение не могло укрыться от внимательного взора Алисии.

— Это рисунки вашей дочери, — сказала Алисия, стоя к нему спиной.

Когда она обернулась, то обнаружила на себе изучающий взгляд его угольно-черных глаз.