— Вы очень великодушны и щедры, милорд, — сказала Зарика, — я этого не забуду.

— О, Ваше Величество свободно помнить или забывать все, что оно пожелает.

— Да, Граф, и мне приятно помнить ваши слова. И еще более приятно наговорить вам тысячу комплиментов за это великолепное развлечение. Вы дали мне урок, который я надеюсь использовать, когда Императорский Дворец будет готов.

— Ваше Величество очень добро.

— Сетра Лавоуд, — объявила Телдра.

Чародейку Горы Дзур — могущественную, загадочную и мрачную — видели многие Императоры в самых разных ситуациях. Бывали времена, когда ее искали и звали ко двору, в другое время ее изгоняли и угрожали арестом; но, насколько этот историк сумел узнать, в первый раз за все время Императрица Драгейры бросилась в объятия Сетры Лавоуд, прижала ее к себе как самого дорогого друга, к полному изумлению тех из гостей, кто жил еще до Междуцарствия и хорошо знал обычаи Двора. Чародейка была одета, как обычно, в старую форму Лавоудов: свободные черные брюки и черную рубашку, и только особый фасон первых и узкий воротник последней намекали на стиль.

Что касается Зарики, она вообще не обратила ни малейшего внимания ни на то, что подумают другие, ни на гардероб своей подруги. — Ах, Сетра! Я и не знала, что вы будете здесь.

— Я тоже не собиралась присутствовать, пока не узнала, что Ваше Величество приехало. И, увы, я не могу оставаться долго.

— Да, я понимаю, но не могу выразить всю мою радость от того, что вижу вас.

— И я не меньше рада видеть вас, Ваше Величество.

Так и шел вечер — на самом деле вечер, ночь и большая часть утра следующего дня, пока наконец Леди Телдра не заметила Маролану, что они должны подумать о том, чтобы послать гостям прощальную бутылку.

— Неужели? И почему?

— Ну, милорд, праздник не может продолжаться вечно.

— Но почему не может? Видите ли, мы послали сотни приглашений, и, как кажется, каждый раз, когда появляется кто-то новый, он должен поговорить с другом, и сообщить ему, что этот праздник — всем праздникам праздник, и его друг должен увидеть это сам. На самом деле ко мне все время подходят наши гости и просят приглашение для своих друзей, не включенных в наш список.

— Да, и?

— И я не вижу причины, по которой я должен просить наших гостей уехать. Некоторые, действительно, уже уехали, хотя, как мне кажется, скорее побежденные слишком большим количеством вина, а не сном. Так что некоторые уезжают, некоторые приезжают; давайте продолжать.

— Милорд…

— Ну?

— Вы не можете не спать вечно.

— Но я и не должен. У нас полно слуг, которые могут продолжать подавать вино и еду, и достаточно музыкантов. Если мне потребуется сон, хорошо, я оставлю вас вместо себя. Если вы захотите спать, нет сомнений, что Сетра Младшая сумеет быть распорядителем. А если и она устанет, можо попросить Волшебницу в Зеленом. Наконец, к тому времени, когда и ей захочется спать, я уже проснусь.

— То есть, милорд, вы хотите, чтобы праздник длился вечно?

— Почему нет?

Телдра нахмурилась. — Тогда я должна обдумать этот вопрос.

— Очень хорошо. Но пока вы думаете, я…

— Да, милорд?

— Я рапоряжусь, чтобы из погреба доставили еще вина.

Винный погреб Черного Замка тогда был не так знаменит, как впоследствии, но уже был почти полностью наполнен бочками, боченками и бутылками.