Джемс Бербанк, Уолтер Стэннард, Пэрри, помощники управляющего, Джонс Брюс и несколько человек оставшихся с ними негров укрылись за стенами Касл-Хауса.

Было уже около восьми часов вечера. На западе небо совершенно потемнело, а на севере освещено было ярким заревом пожара.

— Надо бежать, бежать немедленно, — сказал Джемс Бербанк, поспешно входя в дом с Уолтером Стэннардом. — Возьмут ли Касл-Хаус силой, будет ли он осажден — оставаться вам здесь опасно. Лодка готова! Надо уезжать! Жена, Алиса, умоляю вас, поезжайте с Ди и Зермой на Кедровый Утес! Там вы будете в безопасности, а мы присоединимся к вам потом.

— Едемте с нами, отец, — умоляла Алиса. — И вы тоже, мистер Бербанк.

— Да, Джемс, поезжай с нами! — просила и миссис Бербанк.

— Я?! — воскликнул Бербанк. — Чтобы я оставил Касл-Хаус этим негодяям, покуда есть хотя малейшая возможность защищаться! Мы еще продержимся… нам легче будет защищаться, зная, что вы в безопасности.

— Джемс, ради бога!

— Нельзя иначе!

Толпа с ревом и воплями приближалась к дому и атаковала главный фасад со стороны реки; под ударами нападающих затрещала дверь.

— Уезжайте! — вскричал Джемс Бербанк. — Теперь темно, вас не увидят. Уезжайте же! У нас просто руки опускаются, пока вы здесь!.. Бога ради, уезжайте!

Зерма пошла вперед вместе с Ди; миссис Бербанк, судорожно обняв на прощанье мужа, Алиса — отца, вышли вслед за Зермой и спустились по лестнице в подземный ход, ведущий к бухте Марино.

— Ну, друзья, — сказал Джемс Бербанк, обращаясь к Пэрри, его помощникам и нескольким оставшимся с ними неграм, — теперь, когда женщины ушли, будем биться до последней капли крови.

Защитники разместились в нижнем этаже у окон главного фасада и открыли стрельбу по нападающим, которые засыпали стены дома градом пуль. Осажденные стреляли реже, но без промаха, так как вели огонь по густой толпе. Толпа рвалась к входу, старалась выбить дверь. Она, однако, не поддавалась. На этот раз нельзя было пробить брешь и помочь толпе ворваться в дом; каменные стены — не деревянный частокол.

Но вот, пользуясь сгустившимся мраком, человек двадцать грабителей пробрались цепочкой к входу и с удвоенной яростью обрушились на дверь. Однако ни топорами, ни ломами взломать ее не удалось. За эту попытку несколько человек поплатились жизнью: сквозь амбразуры боковых окон их легко было подвергнуть перекрестному огню.

Положение осажденных становилось все серьезнее: у них кончались патроны. Ведь большую часть зарядов израсходовали за время трехчасовой осады Бербанк и его друзья. Необходимо еще продержаться, но как это сделать, если нет патронов? Неужели уйти и оставить Касл-Хаус на разграбление этим мерзавцам, которые обратят его в груды развалин? А ведь иного выхода не останется, если им удастся взломать расшатанную уже дверь. Сознавая все это, Бербанк хотел все же еще подождать. Ведь в любой момент может что-нибудь случиться. Теперь уже не приходилось бояться за жену и дочь, за Алису Стэннард. Мужчинам оставалось бороться до конца с этой шайкой грабителей, поджигателей и убийц.

— Патронов хватит только на час! — сказал Джемс Бербанк. — Что ж, друзья, будем отстреливаться до последнего заряда и не сдадим Касл-Хаус!

Не успел он сказать это, как издалека донесся глухой грохот.

— Пушечный выстрел! — вскричал Бербанк.

С запада, из-за реки, снова послышался орудийный выстрел.