| — Папа? — она удивленно оглянулась. Было слегка за полдень, а отец не имел привычки следить за дочерьми, пока они выполняли несложные правила, установленные им дома. К первому правилу относился запрет на прогулки позднее восьми часов вечера, что безумно раздражало вошедшую в подростковый возраст Петунью, у которой появился приятель. — Я хочу навестить Северуса, — она покрутила в руках коробочку, украшенную кокетливым бантиком. — Лили, вчера произошел инцидент с твоим школьным другом, — Джон кивнул в сторону тупика. — Ты же собираешься пойти к Снейпам, чтобы отдать подарок? — Да, — девочка с тревогой посмотрела на отца. — А что случилось? — Видишь ли, Лили, твой Северус вчера просто исчез из комнаты, а затем появился спустя четыре часа, как ни в чем не бывало. Говорить, где он был, парень отказался. — Ты хочешь, чтобы я попыталась это выяснить? Но, папа, это подло, я не могу выпытывать у Северуса его тайны! Да он мне все равно ничего не скажет, — Лили сердито посмотрела на отца. — Нет, ты не поняла, — Джон улыбнулся, наблюдая, как дочь готова броситься на защиту своего приятеля. «Жаль только, что детская влюбленность чаще всего недолговечна», — подумал он. Мальчик ему вчера понравился, особенно его уверенность и способность держать себя в руках, учитывая, что всем находившимся в комнате людям было прекрасно известно, что его накажут, если это исчезновение, переполошившее родителей, было своего рода шуткой. — Чего я не поняла? — девочка нахмурилась. — Ты не должна ничего выпытывать, наоборот, чтобы сохранить хорошие отношения, ты вообще ничего не должна выпытывать. Никогда. Мужчины очень не любят, когда на них давят. А что-то мне подсказывает, что этот сопляк, когда немного подрастет, будет по праву называть себя мужчиной, — Джон усмехнулся, глядя на пытающуюся его понять Лили. — Неважно, года через два поймешь, а сейчас просто запомни. Мне всего лишь нужно, чтобы ты спросила, не в порядке ли вещей подобные исчезновения. Чего нам с матерью следует ждать? Лили рассеянно кивнула. — Петунья дома? — внезапно спросила она. Если у Снейпов она столкнется с уже становившейся привычной отчужденностью Северуса, то быстро вернется домой. А выслушивать при этом подначки сестры Лили не хотелось. — Нет, — Джон внимательно посмотрел на дочь. — Говорит, что пошла к подруге. — Я даже знаю, как зовут эту «подругу», — Лили скорчила гримаску. — Вернон Дурсль ее зовут. — Вернон неплохой парень. — Мне он не нравится. — Лили, главное, чтобы он нравился Петунье. Твое мнение, конечно, очень важно для сестры, но оно не решающее. Постарайся найти в Верноне положительные качества. — Это будет сложно, — пробормотала Лили. — Ну, в Северусе же ты их нашла. — Как ты можешь сравнивать Северуса и Вернона? — возмутилась девочка. Джон тихонько рассмеялся. — Петунья о Северусе Снейпе еще худшего мнения, чем ты о Верноне, — Лили продолжала сердито смотреть на отца, а тот кивнул в сторону тупика. — Тебя проводить? — Нет, просто постой здесь, пока я в дом не войду, — попросила Лили отца и решительно направилась к мосту. Чем ближе она подходила к двери крайнего дома, тем быстрее куда-то испарялась ее решимость, уступая место неуверенности и страху. — Ты же гриффиндорка, — прошептала девочка. — Чего ты боишься? Не съедят же тебя здесь, — и, протянув руку, Лили собралась постучать. Дверь открылась до того, как она успела это сделать. На пороге стоял высокий здоровый темноволосый мужчина, а за ним показалась женщина, в которой Лили с трудом узнала Эйлин. Мать Северуса тоже изменилась. С ее лица исчезло затравленное выражение. Волосы были приведены в порядок, а мантия, слегка преобразованная, что придавало ей вид элегантного пальто, выгодно подчеркивала стройную худощавую фигуру женщины. |
