Изменить размер шрифта - +
А остаток дня проведу в кабинете. Хочу посмотреть счетные книги — надо знать, как шли дела, пока меня не было.

— Я не сомневаюсь, что Джейк отлично со всем справлялся. Наверняка в делах полный порядок. — Реби вытянулась на кровати, взяла легкое покрывало и накрылась им. — От его огромного глаза ничего не укроется.

В ее голосе прозвучала откровенная насмешка, и Джим довольно ухмыльнулся. Джейк и Реби терпеть не могли друг друга. Очевидно, пока его тут не было, эта парочка не раз устраивала презабавные турниры. Однако, ему нет необходимости спрашивать, кто у них вышел победителем. Джейк утверждал, что не потерпит, чтобы ему указывала какая-то баба.

— Ну-ну, Джейк — отличный парень, — Джим проигнорировал раздраженные нотки в голосе Реби и, не оглядываясь, вышел из комнаты.

 

— Скорее спускайся, Джим! Твой брат Джонни ждет тебя на кухне, и у него на руках мертвая женщина!

— Что за чертовщина! — у него перехватило дыхание и, схватив чистые брюки, он бросился вниз, застегивая на ходу пуговицы.

 

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

 

Джим захлопнул дверь на кухню перед носами нескольких посетителей салуна, которые, вытянув шеи, с любопытством пытались разглядеть, что тут происходит. Он постоял несколько секунд, чтобы понять, что случилось.

Тилли и Немия стояли по обе стороны от его двоюродного брата, который действительно держал на руках мертвую женщину. Джим внезапно подумал о том, что ему никогда не встречалась женщина прекраснее этой. У нее были красивые черты лица, восхитительные формы тела, ее каштановые волосы беспорядочными волнами свисали вниз почти до самого пола. Ему вдруг ужасно захотелось увидеть, какого цвета у нее глаза, но он тут же с острой жалостью понял, что уже никогда этого не узнает.

Однако, спустя минуту, ему в голову пришла мысль, от которой сердце учащенно забилось. Джим подумал, что, может быть, женщина совсем не умерла. На ее лице не было мертвенно бледной печати, накладываемой смертью. Более того, кожа ее была розовой и покрытой красноватыми, лихорадочными пятнами, словно у нее был жар. А взглянув на своего брата, он почувствовал, что предчувствие его не обмануло, и испытал огромное облегчение.

— Она очень больна, Джим, — спокойно ответил Легкая Нога, отвечая на немой вопрос брата. — Думаю, у нее воспаление легких.

Джим не стал терять время на то, чтобы выяснить, каким образом эта полумертвая женщина оказалась в руках его двоюродного брата. Все это можно будет выяснить потом, позже. Сейчас главное было узнать, что можно для нее сделать. Он открыл дверь в комнату своей дочери и предложил перенести больную туда. А сам прошел прямо к широкой кровати и сдернул с нее покрывало.

— Клади ее сюда, Джонни, — резко приказал он, а потом повернулся к Тилли, которая вошла за ним в комнату. — Мигом приведи сюда Джона.

Отойдя в сторону, чтобы дать дорогу Легкой Ноге, Джим чуть не наступил на какое то маленькое существо, взволнованно трущееся рядом с ним. Он посмотрел вниз и увидел маленького мальчика, но в следующее мгновение, когда он рассмотрел смуглую кожу и высокие скулы, его изумление еще более возросло. Паренек оказался метисом, как и он сам.

Латура охватил необъяснимый и беспричинный гнев. Эта красивая, молодая женщина, которую сейчас его брат бережно укладывал в постель, наверное, была женой индейца! Скорее всего, какого-нибудь вождя. Неужели этот негодяй жестоко с ней обращался? Видимо, она взяла сынишку и сбежала из племени!

Но почему она так долго ждала, чтобы освободиться? На вид мальчику можно дать не больше восьми лет. Джим оборвал свои раздумья, когда светло карие глаза ребенка поднялись на него. В них плескался страх, но Латур знал, что мальчик не боится его, совершенно незнакомого человека.

Быстрый переход