Липа уже поняла, что дискету с заявлением на директора-прохиндея всучить с первого раза не удастся, и решила хотя бы развлечься. Но она нарвалась на профессионала…

– Тут уже приходил один, до вас… С флешкой, представляете?! Ага! – радостно упредила ее удар девица за стойкой.

«Один? Ага, еще кого-то где-то кинули… Не я все-таки одна… Хоть не обидно».

– И вы его тоже благополучно отфутболили, да? Опыт позволяет?

– Женщина, чего вы хотите?

– Подать заявление на своего работодателя – я же вам сказала.

– Так вы садитесь, пишите! – настойчиво, как отпетой дебилке, повторила девица.

– Все уже написано – вот! – Липа опять попыталась впихнуть девице в руки дискету.

– Нет, ну женщина… Вы вот взгляните – у вас там все есть? Адреса, телефоны?

«Явки, пароли, машинки «Энигма»…»

– Все у меня есть! Названия, все фио, тел и имейл на месте… Вы только распечатайте, и дело с концом.

Толстая девица кусала губы, лихорадочно соображая, какую гадость сказать.

«Неужели возьмет?!» – болезненно сжалось сердце у Липы в груди.

– Нет! – взвизгнула барменша так, что парень, игравший в какую-то стрелялку за компьютером в углу комнаты, вздрогнул и испуганно обернулся. – Мы этого не делаем! Не делаем!

Девицу уже откровенно трясло от реальной перспективы получить хоть какую-то работу и ответить за этот вопиющий проступок перед коллегами. И она нашла выход.

– Нет, вы это все проверьте еще раз и принесите в распечатанном виде… – девица напряглась, наморщив низенький лобик, – на той неделе! И чтоб оригиналы и копии всех документов!

– Я уже все принесла, – сказала Липа и деловито полезла в сумку, где у нее лежали договоры.

У барменши от отчаяния задрожали губы, из них начали извергаться некие звуки, похожие на предвестники рыданий. Парень за компьютером снова оглянулся – поединок между Липой и девицей становился явно занимательнее «стрелялки».

«Мортал офис комбат» – новейшая разработка ведущих программистов и дизайнеров!»

– У меня все с собой! – пробормотала Липа, роясь в сумке.

– Не надо, не надо! Я все равно смотреть не буду! – попятилась от прилавка барменша. – Не буду!!!

Парень уже развернулся от дисплея, готовясь ринуться на помощь безнадежно терявшей очки коллеге.

– Значит, не возьмете?

– Нет, нет! – глотая слезы, тихо стенала барменша.

– Это почему же?

– Вы от руки напишите… Я же сказала – все нам напишите…

– А может, зубилом на камне выбить? Как?

– Слушайте, женщина, – наконец встал из-за компьютера парень. – У нас обеденный перерыв… И вообще!..

– Что – так и не взяли?! – искренне удивилась дорогая подруга Кузя, наливая Липе чаю.

Ну да – чай с Липой, как однажды они назвали свои встречи у Кузи на кухне.

Кузя давно не работала и сидела дома, оформив себе пособие по уходу за отцом-инвалидом, кроме того, Кузя была потомственной общественницей, очень любила выбивать льготы и привилегии – себе, другим и просто из принципа. Поэтому этот новый вид Липиной деятельности был ей особенно духовно близок.

– Не-а, – помотала головой Липа. – Не взяли, сволочи. Наверное, у этой комиссии по защите работодателей от работников сдельно-премиальная система оплаты труда обратного действия.