— Вы даже притащили ко мне домой свою ручную гориллу. Последовавшая в моем доме сцена напоминала какую-то сумасшедшую импровизацию, и, наверное, это на какое-то время сбило меня с толку. Во всем этом деле не было никакого смысла. — Я с презрением оглядел Керка. — Наверное, это было глупо с моей стороны, — медленно произнес я. — Ожидать какой-то логики от такого типа, как вы, Керк. Насильника и убийцы!
Он побледнел, и даже загар не смог этого скрыть.
— За вами, Холман, я тоже пока что не замечал особой логики, — отрывисто бросил он. — Во всей этой проклятой фантастической истории, которую вы нам только что преподнесли, нет ни грамма доказательств!
— А вы хорошенько посмотрите на своего гениального друга-художника. — Я кивнул в сторону Кронина, который, трясясь всем телом, лихорадочно грыз пальцы. — Стоит полицейскому всего лишь повысить голос, и он тут же сломается!
В силу своей самоуверенности я решил, что это отличная реплика. Керк наверняка повернет голову, чтобы взглянуть на Пита Кронина, и это даст мне время, чтобы выхватить из кобуры тридцать восьмой и взять его на мушку.
Только он этого не сделал.
Он двигался так быстро и в таком неожиданном направлении, что захватил меня врасплох. Обхватив внезапно левой рукой Мери за шею, он притянул ее к себе так, что ее тело превратилось в живой щит. Выхватив из внутреннего кармана пиджака нож, он приставил его к горлу девушки.
— Одним убийством больше, одним меньше — никакой разницы, Холман, — резко заявил он. — Вам это известно!
— Керк! — всхлипнула Аманда. — Не надо...
— Заткнись! — рявкнул он. — Наверняка у вас есть оружие, Холман. Медленно вытащите и бросьте его на пол.
Я заглянул в застывшие от ужаса глаза Мери, перевел взгляд на лезвие ножа у ее горла и понял, что у меня нет выбора. Поэтому я осторожно вытащил револьвер из кобуры и бросил его на пол.
— А теперь отбросьте его мне ногой! — резко приказал Керк.
Я сделал, как он велел, и тогда Керк убрал нож от горла, внезапно толкнул Мери так, что она чуть не рухнула, споткнувшись, затем быстро наклонился и поднял оружие.
— Ну хорошо, Керк, — лишенным всякого выражения голосом произнесла Бренда. — И что теперь?
— Мы будем импровизировать. — Он ухмыльнулся. — Ты же слышала, что сказал Холман. Мне по-настоящему удаются импровизации!
— Это бесполезно, Керк, — чуть не плакала Аманда. — Разве ты не понимаешь?
— Я же велел тебе заткнуться, — разозлился он. — Если бы ты не вмешалась, я не сидел бы сейчас по уши в дерьме!
— Могу я чем-нибудь помочь, Керк? — спросил Кронин. Его голос вновь звучал уверенно.
— Конечно, — ответил Керк. — Ты можешь открыть подвал. Шабаш соберется в последний раз!
— Шабаш? — Бренда уставилась на него. — О чем, черт побери, ты толкуешь?
— Не важно! — Он посмотрел на Мери, и в его глазах зажегся огонек. — Раздевайся, лапочка, — нежно произнес он.
— Что? — запинаясь, проговорила Мери.
— Ты прекрасно слышала! Требуется живой алтарь, и выбрали тебя!
— Нет! — Она замотала головой. — Не буду. Ты не можешь...
— Помнишь, как я в тот раз порезал Бренду? — Его голос стал хриплым. — Хочешь, чтоб с тобой случилось то же самое?
С совершенно непроницаемым лицом Мери стянула свитер через голову. |