— А поросеночек бешеный оказался, — ехидно добавил Висельник, после чего попытался затянуться погасшей сигарой. — Двенадцати апостолам ее за шиворот засунуть, ну почему она все время гаснет?! И все же, что делать теперь предлагаешь?

— Удивили нас, теперь будем удивлять их. Поясню. Совершенно ясно, что в самом скором времени наемный бретер князя вынудит меня вызвать его на дуэль, нанеся тяжелое оскорбление при свидетелях. Я решил ударить на опережение, и целью будут не пешки Мереяславского, а его собственная сиятельная персона. Он не стар, лет сорок с небольшим, а значит, будет на поединке выглядеть вполне комильфо.

— Ты решил сам вызвать его на дуэль?

— Да чур меня, Клим, как ты такое мог подумать! — вскрикнул я с наигранным негодованием. — Я просто сыграю с ним в ту же игру, которую он решил испытать на моей шкуре. При нескольких свидетелях я смешаю его с грязью, причем все сказанное мной будет правдой от первого до последнего слова. Не зря же я вывернул наизнанку мозги того бедолаги, что попался сегодня под наши с тобой руки загребущие. Да, он может и отказаться дуэлировать, но тогда все его последующие действия будут скомпрометированы еще до самого их начала.

Клим лишь кивнул, соглашаясь с моими рассуждениями, а вот Висельник проворчал:

— Не спровоцируешь ли ты убийством князя совсем уж непредсказуемые действия тех, кто решил использовать его как марионетку? Реакция людей на быстро и не в их пользу изменившиеся обстоятельства может быть очень разнообразной, это мы уже не один раз наблюдали.

— А будет ли ситуация еще более неприятной? Нас и так стремятся уничтожить самым наглым образом. Ничего не теряя, мы в то же время можем постараться обратить обстановку в свою пользу. Уверен, что Мереяславский не захочет умирать на поединке, не для того он здесь объявился. Придется предложить ему кое-какую альтернативу… Впрочем, это все в теории, посмотрим, как пройдет практика. Где там изволит прохлаждаться его столичное сиятельство?

— Он занял все правое крыло второго этажа, — холодно процедил Ханна. — Посчитал, что меньшая площадь апартаментов недостойна его титула, чем доставил множество хлопот как обслуге гостиницы, так и некоторым постояльцам, коих спешно попросили сменить занимаемые номера.

Ф-фу! До чего же мелко и неприлично ведет себя сей визитер из стольного града. Чего он хочет этим добиться? Если повысить уровень безопасности, так сие просто смеху подобно — коли нужно, все равно достанем. Нам было бы даже легче, поскольку под ногами не путались бы абсолютно посторонние люди… Возможно, он просто кичится древностью и знатностью своего рода, но подобные поступки вовсе не свидетельствуют об аристократизме человека, их совершающего. Напротив, уровень уважения к нему стремительно падает вниз, словно барометр перед бурей.

Тем лучше, тем лучше… Значит, меня точно не будут терзать и тени сомнений относительно того, что я планирую сотворить с князем. Однако ради полноты картины замечу, что они и раньше меня особо не трогали.

— О чем задумался, Стилет? — прервал ход мыслей веселый возглас Клима. — Да можешь не отвечать, я и так догадываюсь. О пакостности душ человеческих, от которой не избавлен никто, даже титулованная аристократия. Не бери в голову, среди дворянства эта болезнь духа распространена даже на порядок больше, вот и все.

— Да и сына его вспомни, тот еще выродок оказался, — подхватил Висельник в присущих ему мрачных тонах. — Правильно гласит народная поговорка, что яблоко от яблони далеко не укатывается. Просто в Мереяславском-младшем эта гадость оказалась доступна и проявилась ну очень наглядным образом. Ну а князь-отец… Нет, не хочу загадывать, лучше всего взглянуть на него воочию.