– У вас есть привидение? Как интересно! А какое именно?

– Пока не знаем. Но оно довольно шумное.

– Ну, это не страшно. А вы его видели?

– Слава богу, нет. Я, конечно, не верю ни в какие привидения, но сегодня мы слышали жуткий стон, от него прямо кровь застыла в жилах. Чарльз, муж моей сестры, собирается смазать все дверные петли. А вот и развалины. Выглядят зловеще и в то же время романтично, правда?

– Да, однако я бы не отважился прийти сюда ночью один.

Они остановились, созерцая руины. Стрейндж оглянулся на дом.

– Они закрыты деревьями. А из дома их видно?

– Нет, только из моего окна и с площадки. А что?

– Жаль, что такое живописное место скрыто от глаз.

Они медленно двинулись дальше.

– Если здесь и есть привидение, то оно наверняка живет в этой церкви, – легкомысленно заявила Маргарет. – Будь я похрабрее, взяла бы с собой брата и покараулила здесь ночью.

– Хорошо, что вам недостает храбрости, – заметил Стрейндж, сверкнув улыбкой. – Кто знает, чем все может закончиться? Мне бы не хотелось, чтобы вас кто-нибудь напугал.

– Не волнуйтесь, ничто на свете не заставит Питера вылезти ночью из постели. К тому же он не верит в призраков. Вот ваша тропинка. Теперь вы точно не собьетесь с пути.

Она остановилась и протянула руку. Майкл пожал ее.

– Большое спасибо, что вы меня проводили. Надеюсь, вы снова проколете шину, когда я буду где-нибудь поблизости.

– Очень мило с вашей стороны, – улыбнулась Маргарет, высвобождая руку. – Приходите к нам, когда захотите. До свидания!

Она проводила его взглядом и, повернувшись, медленно пошла к дому.

– Ну, ты выяснила что-нибудь про этого парня? – спросил брат, когда Маргарет появилась в библиотеке.

– Да, он приехал сюда в отпуск.

– Можно и так догадаться, – заметил Чарльз. – Чем он занимается?

– Я не спрашивала. Что вы оба такие занудные? Надеюсь, вы не считаете, что это он издавал ужасные звуки?

– Подобный вариант не приходил мне в голову, – ответил Чарльз. – Он не произвел на меня впечатления человека, способного стоять под чьими-то окнами и стонать. Хотя кто знает.

Селия предостерегающе подняла палец.

– Я протестую. Больше никаких разговоров о стонах и призраках. Принято?

– Единогласно! – воскликнул Питер.

Но эта резолюция продержалась лишь до следующего вечера.

В половине одиннадцатого в доме раздался грохот, который услышала миссис Босанквет и который заставил Селию, лениво игравшую на пианино, взять диссонирующий аккорд. Грохот исходил с лестничной площадки второго этажа, и за ним последовал ритмичный стук, словно по ступеням скатывался какой-то твердый предмет.

– Господи, кто теперь покушается на наш дом? – поморщился Чарльз, поднимаясь со стула. Открыв дверь, он спросил: – Это ты, Питер?

Напротив распахнулась дверь кабинета.

– Нет. Что там стряслось? – поинтересовался Питер.

– Не знаю. Не хочу делать преждевременных выводов, но осмелюсь предположить, что наверху что-то упало.

Подхватив лампу, стоявшую на столике в холле, Чарльз направился к лестнице.

– Кажется, упала картина, – произнесла Селия. – Мне показалось, будто разбилось стекло.

Опередив Чарльза, она стала подниматься наверх и вдруг воскликнула:

– Ой, здесь на ступеньке что-то лежит! Посвети-ка, Чарльз.

Наклонившись, Селия потянулась за предметом, о который споткнулась.