Мрадо уже два с половиной дня играл в частный сыск, дожидаясь, когда Махмудова сеструха пойдет на свиданку в Эстерокер. Распечатал паспортные фото Хорхе. Позвонил двум знакомым копам — Юнасу и Рольфу. Посулил пять штук тому, кто первым нароет что-то ценное на чилийского крысенка. Навел справки о родне Хорхе. Зацепиться не за что. Перетер с Ненадом, подручным Радована по девочкам и коксу. Ненад и не вспомнил бы имя Хорхе, разве что в связи с тем судебным процессом. Мрадо позавтракал с Ратко и его братцем Слободаном (для своих — Боббан). За завтраком братья устроили ему настоящую экскурсию по злачным местам северо-западных «раёнов». С кем из торчков потолковать, в каких кабаках спросить, кто из барыг мог мутить с Хорхе. Мрадо дважды смотался в Соллентуну и Мерсту, побазарил с кучей наркопипла и латинской босоты всех мастей. Брал с собой Боббана. Так вернее.

Большинство, ясен перец, было наслышано о побеге, тем же, кто слышал о нем впервые, Мрадо совал под нос фотку Хорхе. Герой! Легенда! Любой из них был бы счастлив угостить чилийца выпивкой. Поздравить пацана. Высказать уважение. Да только от него пока ни гугу.

Мать Хорхе жила с новым хахалем, еще сестра была, Паола. Мать где-то под Стокгольмом. Сеструха — в Хегерстене.

Надыбал фото сестры и матери. Поискал в «Гугле», нашел две страницы с именем Паолы. Она написала статью в студенческую газету Стокгольмского университета «Гаудеамус» и участвовала в Днях шведской литературы. Толковая девчонка. Походу, хочет выбиться в люди. Выцепить ее в универе, что ли?

Позвонил на кафедру литературоведения. Паола числилась на курсе «С». Чё за курс такой?

Выдвинулся во Фрескати. Припарковался во дворе, за синими многоэтажками. Его «мерин» слабо вписывался в местное автостойло. Остальные тачки на стоянке — унылые клячи.

Университет для Мрадо — чужая Палестина. Население: доходяги, очкарики и прочая ученая пиздобратия, которой бы только языком мешки ворочать. Недоумки. К удивлению Мрадо, студенческая масса по большей части состояла из симпотных телок.

Почитал информацию на стендах. Нашел кафедру литературоведения. Поднялся на лифте. В коридоре спросил у женщины, кто руководит курсом «С». Та назвала имя. Снова почитал информацию. Кабинет заведующей курсом был в конце коридора. На двери игривая надпись: «Я люблю свою работу… в обед и на переменах». Мрадо постучал. Никого. Спросил у женщины из соседнего кабинета. Заведующая ушла на заседание в аудиторию С119. Вернулся к лифту, поехал в самый низ. В коридорах будто шел ремонт. По потолкам тянулись провода и трубы. Кое-где некрашеные стены. В углу, прислонившись к стене, ютились белые деревянные панели. Мрадо пошел по указателям. Отыскал кабинет. Постучался. Ему открыл паренек со взъерошенным чубом. Мрадо попросил позвать заведующую с кафедры литературы. Паренек сказал, что у нее заседание. Мрадо свесил голову набок. Выставил ногу, не давая закрыть дверь. Впился глазами в паренька. Чуб постоял. Поупрямившись секунд пятнадцать, отвел взгляд. Привел заведующую. Лет двадцать пять, совсем зеленая. Мрадо-то рисовал себе солидную мадам. Поинтересовалась, в чем дело. Стал сочинять. Навешал лапшу, мол, договорился купить книги у студентки, а та куда-то запропастилась. Спросил собеседницу, не поможет ли узнать номер телефона или хотя бы в каком классе занимается студентка. А к чему такая спешка? — удивилась заведующая. Мрадо соврал снова, сказал, что срочно уезжает и что книги нужны сегодня. Позарез. Девушка, доверчивая и добрая душа, повела его на кафедру. Нашла номер Паолы и расписание курса «С». Сказала, что, на его счастье, у Паолы как раз сегодня семинар в аудитории D327. Есть контакт!

Одного не догонял Мрадо: как же она так повелась на всю эту туфту с книжками, когда перед ней стоял двухметровый сербский амбал?

Стал искать класс D327.