У двери своей комнаты Аннабел остановилась и, собравшись с духом, спросила:

— Вы ведь нарочно позволили мне выиграть?

— Зачем мне это? — ответил он вопросом на вопрос.

Она пожала плечами:

— Мне кажется, вы поступили так потому, что вы джентльмен…

— Не такой уж я и джентльмен, — ответил он со смехом.

— Но почему же вы тогда позволили мне выиграть? — допытывалась Аннабел.

— Лучше спросите, зачем, я вообще предложил такую ставку.

— Наверное, чтобы отпугнуть меня. А когда из этого ничего не вышло, вам пришлось проиграть. Я ведь права?

Джаррет надолго задумался. Потом с некоторым раздражением проговорил:

— Я мог бы выиграть, но не требовать от вас исполнения обязательств по ставке, вот и все.

Аннабел кивнула:

— Да, конечно. Я думала об этом. Но тогда… тогда бы я осталась перед вами в долгу. А вы, наверное, сочли, что это неприемлемо. Позволив мне выиграть, вы выбрали джентльменский способ разрешения проблемы.

— Вы выиграли вовсе не потому, что это я так захотел, — заявил Джаррет.

— Но ведь не было никаких оснований для вашего проигрыша, — возразила Аннабел, — Я внимательно наблюдала за игрой. Мне кажется, вы не могли не знать, что у меня оставалась «десятка»…

— Что вы от меня хотите, дорогая? Какой ответ ожидаете услышать? — Джаррет сделал шаг в ее сторону, и Аннабел, попятившись, уперлась спиной в стену. А он наклонился к ней и проворчал: — Вы выиграли честно, потому что играли лучше меня. Теперь довольны?

— Но я просто не могу поверить, что человек, который столь искусно…

В следующее мгновение он вдруг прижался губами к ее губам. И в тот же миг Аннабел ощутила волну жара, прокатившуюся по всему телу — казалось, пробудились все желания, которые она уже много лет подавляла. И еще казалось, что запах, исходивший от этого мужчины, опьянял — словно она хлебнула крепкого эля на пустой желудок.

«Ах, как хорошо с ним рядом», — подумала Аннабел. Едва сознавая, что делает, она крепко прижалась к нему и, обвивая руками его шею, ответила на поцелуй. Она чувствовала его возбуждение — обхватив ее за талию, он все сильнее прижимал ее к себе, — но даже это ее не отпугнуло; ей хотелось, чтобы поцелуй их длился и длился, хотя она едва знала этого мужчину… в сущности, совсем не знала. И почему-то сейчас, в эти мгновения, она нисколько не удивлялась тому, что именно этот незнакомец пробудил у нее желание настолько острое, что даже голова кружилась…

Тут вдруг послышался какой-то звук — как будто что-то упало в соседней комнате. И в тот же миг Джаррет прервал поцелуй и отстранился от нее. Несколько секунд они стояли в неподвижности, тяжело дыша и глядя друг другу в глаза.

Наконец Джаррет откашлялся и чуть хрипловатым голосом проговорил:

— Вот видите, Аннабел? Не такой уж я и джентльмен.

Она промолчала, и он добавил:

— Ты выиграла, дорогая, вовсе не потому, что я так хотел. Я пошел «девяткой» червей, потому что отвлекся и не знал, ушла ли «десятка». А если бы я выиграл, то ни за что не отказался бы от своего приза, уж поверь. Поэтому на всякий случай я хочу дать тебе совет… В следующий раз хорошенько подумай, прежде чем ставить на кон свое тело ради спасения драгоценной пивоварни своего братца. Потому что в другой раз я сделаю все, чтобы выиграть. И когда выиграю, то непременно потребую расчета.

Щеки Аннабел вспыхнули, и она заявила:

— Не волнуйтесь за меня, милорд.