Тут мистер Лейк снова взглянул на гостя — и почему-то вдруг опять нахмурился.

— Полагаю, что должен поблагодарить вас, сэр, за то, что доставили мою семью в Бертон в целости и сохранности, — проворчал он, покосившись на супругу.

Джаррет не знал, что женщины рассказали ему о путешествии, но счел необходимым соблюдать осторожность.

— Я всего лишь позаимствовал у брата карету для поездки, сэр, — ответил он. — Поскольку же я все равно собирался ехать сюда, чтобы осмотреть вашу пивоварню, то подумал, что мы все можем путешествовать с комфортом.

— Вы очень любезны, милорд, — отозвался Лейк. — Хотя… К сожалению, не обошлось без затруднений из-за болезни Сисси — во всяком случае, мне именно так сообщили. Так что вы, вероятно, нервничали из-за задержки в дороге.

— Ничего страшного, сэр, — ответил Джаррет с улыбкой. — Да, с вашей супругой действительно случилась неприятность в Девентри. Но ваша сестра — отличная сиделка. Я же в основном присматривал за вашим сыном. — Он снова улыбнулся. — То есть мы с ним присматривали друг за другом, если можно так выразиться. Видите ли, рядом с Джорджем я не мог предаваться занятиям, свойственным холостякам. Я решил, что он слишком молод, чтобы ночь напролет играть в карты… или тискать горничных.

При последних словах Джаррета Аннабел взглянула на него с осуждением. А ее брат, напротив, улыбнулся и проговорил:

— Осмелюсь предположить, сэр, что сам Джорди вряд ли согласился бы с такой точкой зрения.

Джаррет негромко рассмеялся.

— Совершенно верно, сэр. Парень изо всех сил старается быть взрослым мужчиной, но, к сожалению, не всегда получается.

Тут и Лейк наконец-то рассмеялся.

— Ваша правда, сэр! У парня в самом деле есть характер!

К этому времени их окружили другие пивовары, явно желавшие выяснить, что же объединяет этих двоих. К счастью, вскоре объявили, что стол накрыт, так что терпеть расспросы Джаррету и Лейку долго не пришлось.

К сожалению, Джаррета посадили вдали от Лейков, на другом конце стола. Аннабел же сидела между братом и каким-то субъектом, не сводившим глаз с ее груди. Следующие полчаса Джаррет промучился, разрываясь между необходимостью слушать болтовню соседей по столу и желанием выколоть вилкой глаза соседу Аннабел. Успокоился он только тогда, когда Аннабел наконец-то догадалась прикрыть грудь шалью.

А минуту спустя Джаррет спросил себя: «Почему же меня так раздражает внимание к Аннабел другого мужчины? Она ведь ясно дала понять, что способна сама о себе позаботиться…» И следовательно, он не имел никакого права на проявление собственнических чувств. Да-да, не имел! И не стремился иметь. Но тогда почему же он так злился?

Проклятие, о чем он думает?! Нужно отбросить подобные мысли и заняться делом!

Джаррет заставил себя сосредоточиться на разговорах за столом. Прислушиваясь к ним, он вскоре понял, что все эти хитрецы предприниматели пытались во время беседы раздобыть хоть какие-то сведения о конкурентах. Невольно, улыбнувшись, Джаррет подумал: «Это напоминает карточную игру с опытными противниками — когда только самый талантливый аналитик способен выиграть».

Когда начались танцы, он поднялся из-за стола и вместе со всеми перешел в бальный зал. Но вскоре выяснилось, что почти все джентльмены собрались вокруг стола с пуншем, чтобы поговорить о последних технических изобретениях, в частности — о паровых котлах. И мистер Лейк тоже ненадолго к ним присоединился. Немного послушав собравшихся, Джаррет понял, что брат Аннабел — человек весьма сведущий, пусть даже он и не отличался особым энтузиазмом.