Федору вдруг вспомнилась задорная песенка про альпиниста, провалившегося в трещину на леднике:

Через несколько минут

Или дней - тебя спасут...

Никогда, никогда не унывай!

Операция по их спасению продлится несколько недель, так что неизбежно возникнет ситуация, при которой кислорода и пищи им хватит примерно на половину срока, необходимого для того, чтобы корабль с Земли достиг Цереры.

...Однажды, во время летней практики на Сахалине, Федор с приятелем-геологом заночевал в ненастье в тайге, под разлапистой елью. Спать им, в общем-то, не пришлось, поскольку по тайге бродил косолапый, громко ломая сучья. Всю ночь друзья просидели под елью, тесно прижавшись спиной к стволу дерева и держа руки на карабинах. Каковы же были их удивление и радость, когда на рассвете они обнаружили охотничий домик в пятидесяти метрах от места своей неуютной ночевки! На стене домика были подвешены крупа и соль в полотняных мешочках, а возле печурки лежала охапка совершенно сухих поленьев...

Почему на космических станциях вроде той, что существует на Церере, не предусмотрен аварийный запас плутония? В будущем, наверное, плутоний будут оставлять в разных местах, как припасы в охотничьем домике, для сбившихся с пути и терпящих бедствие. Но это - в будущем. После того, как они с Хельгой не вернутся.

- "Гефест" к "Тунгуске"! - донесся вдруг из динамика четкий голос робота. - "Гефест" к "Тунгуске"!

Изображение местности на телеэкране теперь резко отличалось от того, которое Федор видел недавно, при первом докладе робота. Это был гористый район, изрезанный многочисленными складками.

- Нахожусь у источника повышенной радиации, - бодро докладывал робот. - Прошу команды на взятие проб...

- Даю команду на взятие проб, - эхом отозвался Федор.

У него перехватило горло от предчувствия удачи. Наконец-то!

Теперь, когда настал решающий момент поиска, космонавт оставил телеэкран включенным.

Федору, по сути дела, не доводилось видеть геологоразведочного робота в настоящем деле. Правда, однажды он присутствовал на полигоне во время испытаний различных видов скалорежущих лазеров, установленных на роботах. Предстояло решить вопрос, на каком уровне от поверхности, на которой находится робот, лазер наиболее эффективен.

Испытывались три робота, которые по конструкции были близки к "Гефесту". Разница между ними состояла лишь в уровне расположения лазера. Каждого робота поставили перед препятствием: то были нагромождения скальных пород, преимущественно гранита. Роботы должны были проделать проходы в завалах, собрать образцы и произвести на месте анализы. Первым с задачей справился робот с верхним расположением лазера. Именно такая схема была применена при конструировании "Гефеста".

На Палладе нагромождение скал было фантастическим. Федор отметил про себя, что цвет породы в этом месте светлее, чем там, где находилась "Тунгуска". Скалы были не темно-коричневыми, а светло-желтыми. Расщелины между камнями заполнены красноватой пылью.

"Гефест", видимый на телеэкране, вдруг преобразился: у него выросли хобот и хвост. Хоботом робот ткнулся в красноватую пыль и начал ее поспешно заглатывать. В то же мгновение шлейф розовой пыли вырвался из кончика хвоста. "Гефест" работал, словно огромный пылесос, готовя площадку для будущей работы.

Когда с пылью было покончено, хобот и хвост исчезли. Несколько минут "Гефест" стоял неподвижно, но, видимо, внутри его совершалась какая-то работа. Из него вдруг выдвинулась лента транспортера, металлические руки и перфоратор. В считанные минуты были сглажены малейшие неровности на площадке, достаточной для посадки корабля типа "Тунгуски". Металлические руки подбирали осколки породы, похожие на куски обожженного сахара, и укладывали их на ленту транспортера.