|
"Вечный Жид, вот как, и так до второго пришествия:" - успел подумать он, прежде чем исчезнуть с улиц Лейпцига. - Так это и случилось, - закончил свой рассказ Агамемнон и убито взглянул на свое кольцо. Кристалл начал наливаться светом, и рассказчик вздрогнул. Он поднял на Хелен отчаянные глаза. - Прощай, - прошептал он еле слышно и закрыл лицо руками. Хелен завизжала так, что Анаис едва не заткнула уши. Тем временем Муэрс подошел к Агамемнону и задумчиво повертел кольцо на его пальце. Кристалл быстро замигал, затем погас, вспыхнул снова, и наконец упал на ладонь мужчины-кота. Потрясенный Агамемнон перевел взгляд со своей руки на Муэрса. - Как: Как вы это сделали?: - прошептал он. - Я прощен или?: - Успокойтесь, - похлопал его по плечу Муэрс, садясь на свое место. - Не было никакого проклятия. Я вам все объясню. Но сначала предлагаю сделать вот что. Мы с вами находимся в мире, соответствующем началу двадцать первого века: здесь есть практически все, чтобы таким людям, как вы оба, он кивнул на Хелен и Агамемнона, - жилось хорошо. У вас будет возможность заниматься тем же, чем и раньше: бизнесом и нарядами. Я не могу вернуть вас обратно в ваше время, потому что будущее Агамемнона не предусмотрено создателем этого мира. Однако нельзя заставлять человека слоняться по разным временам, нигде подолгу не задерживаясь, и рассчитывать при этом, что он останется жив: Но это все потом. А сейчас я предлагаю нам переместиться в вашу новую квартиру, - он слегка поклонился Агамемнону и Хелен, - и там обсудить наши дальнейшие планы. - Я так благодарен вам, - сказал Агамемнон, протягивая Муэрсу руку, - вы избавили меня от этого кошмара: И вернули мне Хелен: Короче, я полностью вам доверяю, - закончил он. - Тогда не будем откладывать, - улыбнулся Муэрс. - Идемте. Придется немного прогуляться по шпалам. __________
- Что прежде всего удивило меня в этой истории, - сказал мужчина-кот, удобно развалясь на широком диване, покрытом атласным покрывалом, и поднося ко рту бокал сияющего хрусталя, - так это две несообразности. - Какие же? - с интересом спросили Хелен с Агамемноном. Обнявшись, они сидели в одном из четырех находящихся в комнате мягких кресел; Анаис устроилась неподалеку в другом, поджав под себя ноги, и чистила апельсин, который достала из прозрачной вазочки, стоящей на полированном столе: там лежало еще с десяток таких же спелых и круглых плодов. - Ну, во-первых, причина проклятия. Агамемнон отказал Иешуа в глотке воды не по причине ненависти, а из-за того, что попросту растерялся. Если навешивать на каждого проклятие за ерундовую ошибку, то что будет с миром? К тому же, если внимательно изучить канон, то мы не найдем там примеров бессмысленной жестокости Христа - это вам не Ктулху. Но иное дело апокрифы, сочинения, в канон не вошедшие. Вот там мы можем почерпнуть о Христе много интересного. Одно "Евангелие детства" чего стоит. Малолетний Иисус, - пояснил он, видя недоумение на лицах собеседников, - согласно этому сочинению, хладнокровно угробил своего учителя, потому что счел себя умнее его; заставил "высохнуть" какого-то ребенка, который чем-то ему не угодил, а когда родители убитого начали возмущаться, отправил к праотцам и их тоже: Да там много всего. Но дело не в этом. На основании легенды об Иисусе была создана соответствующая религия, и согласно ей, Христос - сама доброта, смирение и любовь. А тут вдруг такое несоответствие. И второй момент. Мог ли проклинающий рассчитывать, что проклятый им Агамемнон внезапно обретет бессмертие, или же его устраивал и тот вариант, что через пару недель по временам будет шляться разлагающийся труп? Сколько времени приблизительно вы провели в древней Германии? - обратился он к Сферу. - Не больше пяти - десяти минут, - ответил тот, крепче прижимая к себе раскрасневшуюся Хелен. - Вот именно. Этого времени не хватило бы даже на то, чтобы толково сделать заказ в таверне, - сказал Муэрс. - Не говоря уже о том, чтобы поесть. |
