— Тело сильно изуродовано? — спросил адвокат.

— Не то слово. С опознанием могут возникнуть проблемы, — ответил подполковник.

— У Таисии на спине татуировка, чуть выше копчика. Два целующихся голубя. И еще в одном месте. Это первый муж оставлял ей памятки. Взбалмошный был тип.

— Вы его хорошо знали? — поинтересовался Блохин.

— Я был его адвокатом. Когда его убили, стал адвокатом Таисии. Это случилось десять лет назад на глазах Таи. Уличное ограбление.

— А гостиничная империя ей от какого мужа досталась?

— От третьего. Он умер. Все мужья были людьми немолодыми.

— Трижды вдова?

— Черная вдова.

— Что это значит?

— Есть такая популяция хищных пауков. После сношения с самцом самка пожирает его. Мужьям Таисии не везло, больше трех лет в браке с ней никто из них не прожил. Естественно, все истории ее замужеств обрастали легендами. Тогда она и получила кличку Черной вдовы.

— Пожирала своих престарелых самцов?

— Конечно, это лишь молва. После смерти первого мужа ей досталось наследство в сто одиннадцать миллионов долларов. Когда выходила замуж в третий раз, то была уже сказочно богата. Он умер в Ницце три года назад, когда Таисия находилась здесь и заканчивала строительство этого отеля. Злой умысел тут не прочитывается.

— Вы можете поверить в самоубийство Таисии? — осторожно спросил Блохин.

Адвокат немного подумал и ответил:

— В принципе да. Очень импульсивная женщина. Она часто говорила, что умрет молодой. Я не придавал ее словам значения. Но, видно, накаркала. Если бы приняла яд, можно было бы поверить в суицид. Она даже расписывала, как и в чем должна лежать в гробу. Ее очень беспокоил внешний вид даже после смерти. Но бросаться с высоты на камни она не стала бы. Тая очень себя любила.

— Ее придется хоронить в закрытом гробу, — констатировал Блохин.

— О самоубийстве и речи быть не может, — подал голос банкир. — Позавчера произошла очень странная вещь.

— И что же?

— Она сняла со своего счета полмиллиона долларов наличными. Зачем? Позвонила, приказала подготовить деньги, я подготовил, уложил в банковский кейс. Таисия Львовна приехала и забрала.

— Кейс? — переспросил подполковник.

— Да. Металлический чемоданчик. Транспортировочный. Видели, вероятно, в кино. Курьеры пристегивают такие наручниками к кисти руки. Я не могу понять, для чего ей понадобилась такая сумма. Тут пахнет шантажом. Но кто мог ее шантажировать? Ума не приложу. Все операции проходят легально, налоги платятся сполна. В бизнесе комар носа не подточит. Тут что-то личное.

— Вот и мотив прорисовывается, — задумчиво произнес Блохин. — Интересно узнать, кому же теперь достанутся все ее деньги?

— Алексею Угрюмову. Он был кандидатом в мужья. Она безумно его любила, — сказал адвокат.

— И много денег? — нахмурился Блохин.

— В районе ста пятидесяти миллионов плюс вся недвижимость. Одним словом — все!

— «В районе»? Ничего себе райончик!

— Да уж, я и сам не отказался бы в таком жить.

— А вам ничего?

— Я клерк. Могу показать завещание, в нем упоминается только Алексей.

— Наследничек. Из грязи в князи!

Стрешнев покачал головой.

— Не заморачивайтесь, подполковник. Алексей бессребреник, деньги его не интересуют.