|
Стекло было выбито — результат буйства подполковника Блохина. Ополоумел мужик. Трезвости ума не хватило. Зачем выбивать стекло, если машина не заперта… Нет, заперта. Это Алексей ее запер после того, как забрал кейс из машины. В отличие от Наташи он привык запирать двери. Туфли на шпильках с заднего сиденья пропали. Алексей надел ремонтные перчатки и заглянул за солнцезащитный щиток, расположенный над ветровым стеклом. Многие водители возят там документы на машину и права, Наташа не была исключением. Она не любила сумочек, сигареты, мундштук, зажигалку и несколько купюр для штрафа предпочитала носить в карманах платьев и юбок. Документы лежали за щитком. Он их забрал. Ключи бросил в боковой карман водительской дверцы. Осмотрелся. Заглянул в бардачок. В нем лежала косметичка и какая-то коробочка, завернутая в бирюзовую фольгу и завязанная ленточкой. «Полученный на работе подарок на день рождения», — догадался он. Коробочку с косметичкой Алексей тоже забрал.
Покончив с машиной, направился в конторку — отгороженный фанерой закуток, где стояло три письменных стола, два шкафа, забитых папками, и стулья. Здесь работали учетчица, бухгалтер и изредка за свой стол садился хозяин гаража Петр Баженов.
Алексей подставил к шкафу стул, встал на него, протер пыль, а затем снял старую печатную машинку под кожаным чехлом. Она пылилась здесь второй год, после того как он убедил Петю купить для конторы компьютер.
Со всеми причиндалами Алексей вернулся к себе наверх.
Он сел за стол, достал лист бумаги, заправил в машинку и напечатал такие слова: «Если ты считаешь Наташу продажной, то предложи ей деньги. Возьмет — я пошлю ее к черту. Не возьмет — иди к черту сама! По-другому мы не договоримся!» Перечитав, вырвал листок из машинки, смял его и не глядя бросил в горящий камин. Скомканный лист ударился о стенку и отлетел в сторону.
Алексей заправил новый лист, подумал и напечатал следующее: «Приготовь полмиллиона к пятнице. Не рублей, разумеется. Возможно, она клюнет, если ты будешь убедительна. Если она возьмет деньги, значит, ты права. В таком случае я от нее откажусь. Но я не верю в положительный результат. Других шансов у тебя нет!»
Свернув письмо, положил в конверт, заклеил его и надорвал сбоку, но не до конца, и надписал карандашом: «Прочти». Машинку накрыл чехлом и задвинул ее под диван, после чего переоделся. Он надел все то, в чем был в пятницу. Его раздражало отсутствие пуговицы на пиджаке, но, вспомнив о ней, он вдруг пришел еще к одной идее.
Шел третий час ночи. Алексей взял спортивную сумку и выгнал свой «Фольксваген» на улицу. Немного подумав, обошел здание. За гаражом находилась свалка и бетонный забор, за которым стояла старая школа, закрытая на лето. Баки с мусором были переполнены, давно надо было бы заказывать мусорку, ведь Алексей занимался всей административной работой — он и дворник, и сторож, и снабженец, и механик, и водитель.
Угрюмов вернулся в гараж, сел за руль Наташиной машины, выкатил ее, объехал здание и сдал назад. Потом вернул машину на место. И чего он добился? На мягкой глинистой почве остались отчетливые следы от протекторов. Но о чем это говорило? Мудрил мужик, не запутался бы в своих хитроумных построениях.
Он запер ворота, сел в машину и поехал по ночному пустынному городу, засекая время по секундомеру. Ехал с максимальной скоростью, с которой можно ехать после десяти вечера, но останавливался на светофорах, хотя мог бы их игнорировать.
Дорога до дома Артюхова заняла девять минут. Хороший результат, он думал, что затратит больше времени. Поставив машину на соседней улочке, достал из багажника чемодан с инструментами, взял фонарь и пошел к дому Артюхова. Шум мотора насторожил его, он спрятался в арке. Мимо проехал милицейский «газик». Завизжали тормоза. Угрюмов выглянул. Из машины вышла Люба и скрылась в Юркином подъезде. Машина уехала. |