|
Так вот, передача материи попросту является топологическим преобразованием объекта из мира с обычным пространством в некое другое место… а затем обратно. Но когда переданное тело достигает этого “другого” места, то возникает реакция противодействия, образующая наше “эхо”. Боюсь, что все это вы уже сообразили самостоятельно, но наберитесь терпения, скоро мы дойдем и до вашего вопроса. Видите ли, следствием бернаровских рассуждении стало построение совершенно новой физики, в которой наша Вселенная является особым, причем самым тривиальным, случаем. В бернаровский физике имеются последовательные уровни реальности, и материя может существовать на любом из них. И хотя в природе вещества происходят радикальные изменения, совершенно необязательно, чтобы такие же изменения происходили в энергетических взаимодействиях.
— Не понимаю,— честно сказал Хэнзард. — Это значит, что суб-вторая реальность освещается светом, который исходит от самого обычного солнца. Крайне удачное для нас следствие двойной природы света, который является одновременно и волной, и потоком частиц. — Жизненно необходимое следствие, скажу я вам. Но насколько велика потеря энергии при освещении нашего мира? Звук, например, из одного мира в другой не переносится. — Это потому, что он производится соударениями суб-первых частиц и движется в среде суб-первого газа. Аналогично, мы можем получать из суб-первой Вселенной лучистое тепло, но не теплоту, передаваемую конвекцией или теплопроводностью. Магнетизм и электропритяжение продолжают действовать на сублимированные тела, кроме того, Бернар экспериментально доказал, что гравитация наших миров не взаимна. Но лучше не будем углубляться в подобные тонкости. Физика ступенчатых миров до крайности запутана и не доставляет никакого удовольствия женщине вроде меня, которая хотела бы жить в старомодной, комфортабельной ньютоновской Вселенной. — Но вы можете принимать радио— и телепередачи из реального мира. Это я уже выяснил. — Конечно, если есть суб-второй приемник. — В таком случае, почему бы вам не связаться с реальным миром по радио? Соберите коротковолновый передатчик и расскажите людям о своем положении. — А вы не пробовали светить фонариком в глаза человеку реального мира? Нет? Ну так попробуйте, и вы поймете главный принцип наших отношений. Мы можем видеть их свет, а они не замечают лучи, испускаемые вторичной материей. То же самое можно сказать о любых радиопередачах. Реальный мир всегда останется реальным для нас, вторичных существ. Но для мира первичного наш мир все равно что не существует. Мы никак не можем повлиять на него. Увы, связь осуществляется только в одну сторону. Как отметил Бернар, сублимация материи необратима. Это еще один пример возрастания энтропии. Поэтому, сколько бы паштета мы здесь ни нагромоздили, по отношению к тому миру мы всегда останемся людьми второго сорта. — В таком случае я не понимаю, почему Пановский, я имею в виду Пановского суб-первого из реального мира, почему он продолжает снабжать вас? — Все делается благодаря вере,— сказала Бриджетта, помогавшая Хэнзарду складывать банки так, чтобы они не слишком давили на пол и не провалились сквозь него.— Нам надо благодарить бога, что Бернар католик и у него невероятный опыт веры в самые невероятные вещи… О, прости, пожалуйста! — перебила она саму себя, взглянув на Бриди.— Я забыла, что сейчас рассказываешь ты. — Ничего, милая, роль Бриджетт ты начнешь разучивать, как только перекрасишь себе волосы. Кроме того, я уже два года как покинула реальный мир и ты знаешь лучше, что там происходит. — Когда Бернар сформулировал свою теорию,— начала Бриджетта,— он попытался проэкстраполировать, какие проблемы возникают у сублимированного существа в несублимированном мире. |
