Изменить размер шрифта - +

Ныне Гадир держит руку Карфагена- по родству крови. Тоже ведь финикиянами был поставлен Карфаген…

Да, сильно поднялся Карфаген. Замыслил отнять у фокейцев Талассу… загородил, как говорят, кораблями Столбы…

 

Почему лиса отпустила зайца

 

Впереди, над невидимыми еще, но близкими Столбами, низко стоял Гелиос, В его красноватом закатном свете не сразу заметили греки трехрядный корабль. А когда увидели - приуныли.

Поворачивать назад? Трехрядный корабль живо догонит. Не уйти.,.

Эх, не послушал старейшину в Майнаке, не пошел в Тартесс по сухому пути. Глотал бы сейчас, трясясь на быках, пыль горных троп - да сохранил бы свободу. Трудно ее получить, а потерять - пустяк…

Горгий смотрел на приближающийся карфагенский корабль, на огромный резной, расписанный красками глаз на его борту.

Ну что ж, остается одно - встретить судьбу, как подобает мужчине.

Уже видны смуглые воины в кожаных панцирях. Лохматые бородачи поигрывают боевыми пращами, скалят зубы, А впереди, на самом носу, стоит молодой воин с яростным лицом, медный шлем его горит зловещими отблесками заката, он потрясает копьем и кричит, указывая грекам на парус.

Горгий велел парус спустить, гребцам - перестать грести.

Корабли сошлись бортами. Оцепенело смотрели греки, столпившись у мачты, как закидывали карфагенские воины крючья, зацепляясь за борт.

Попрыгали, хлынули, затопали по палубе - и все с криками, будто на базаре. Окружили, наставили копья.

Резкий гортанный выкрик - и все смолкло. Молодой военачальник (лицо темное, глазищи неистовые) обвел греков взглядом, сказал что-то. Горгий понял; старшего выкликает. Подобрал полы гиматия, шагнул вперед. Двое подскочили, скрутили руки сырыми ремнями. Третий цапнул за бороду кормчего, пинком отшвырнул его в тесную группу греческих матросов, а сам встал к рулевому веслу. Было и это понятно: поведут корабль в Гадир, а может, и в самый Карфаген. Поделят добычу, продадут греков в рабство Или гребцами прикуют навечно к скамьям своих кораблей.

Прощай, свобода,..

Но боги, как было сказано, благоприятствовали Горгию.

С карфагенского корабля неспешно перелез через борт дородный человек с выбритой до синевы головой Белый плащ его был подпоясан дорогой перевязью с коротким мечом,, Воины почтительно расступились перед ним. Он подошел к молодому военачальнику, бросил несколько слов. Тот, видно, возразил Бритоголовый повел на него набрякшим веком,- этого оказалось достаточно: молодой сверкнул непримиримыми глазами, но повиновался, отошел з сторону,

Горний ощутил на себе жесткий оценивающий взгляд. Услышал вопрос на ломаном греческом - шел он будто из чрева карфагенянина.

- Это твои корабль?

- Нет, господин,- поспешно ответил Горгий.- Я выполняю волю своего хозяина, Крития из Фокеи,

- Критий из Фокеи,,.- повторил бритоголовый, еле шевеля губами,- Куда послал тебя Критий? В Тартесс?

- Да, господин. По торговому делу,

- Ты не похож на грека, фокеец, Где ты рожден матерью?

- В Колхиде, на поте Эвксинском.

Не ясно было, понял бритоголовый это или нет. Он сказал «то-то воинам, и те мигом расшвыряли грубые холсты и доски, прикрывавшие трюм. Недоумение отразилось на их лицах; трюм был набит серым песком, из него торчали горлышки полузакопанных амфор. Воины тыкали копьями в песок - не спрятано ли что в нем,

- Вино и масло,- сказал Горгий бритоголовому.- Еще - египетские благовония.

- Это весь твой товар? - спросил тот.

Горгий заколебался, Все равно ведь обшарят корабль, уж лучше сказать правду.

- Еще - янтарь…

- Показывай.

Горгий взглянул на свои руки. Повинуясь жесту бритоголового, воин развязал ремни. Горгий повел важного карфагенянина в дощатую каюту.

Быстрый переход