На протяжении следующих четырех дней Велисарий наблюдал за последними приготовлениями у Нехар Малки. Однако в этой работе не был задействован никто из римлян, за исключением Василия и его людей, поэтому римские войска отдыхали.

К вечеру пятого дня все объединенные силы заполнили берега Евфрата. Их набралось свыше двадцати тысяч — римляне, персы, кушанские военнопленные. Они толкались, выбирая лучшую точку обзора. Велисарию пришлось отправить своих катафрактов, чтобы проследить за порядком и не подпускать зрителей слишком близко к Нехар Малке.

Сам полководец стоял на командной башне. Там к нему присоединились Баресманас и Куруш.

— Тебе не следовало делать объявление, — недовольно заметил Куруш. — Разведчиков было невозможно отправить патрулировать местность после полудня.

Велисарий пожал плечами.

— И что? К тому времени, как шпион доберется до малва с этим известием, они уже сами узнают о случившемся.

Он перегнулся через перила. Внизу, у подножия башни, стоял Василий. Василий посмотрел вверх. В руках командир «катюш» держал огнепроводный шнур.

Велисарий уже собрался отдать приказ, но помедлил.

— Новые времена, — пробормотал он. — Новые времена требуют новых традиций. Приказ «зажечь запал» больше не пойдет.

Он отправил мысленный импульс Эйду.

Ответ пришел мгновенно:

«Огонь! Пуск!»

Велисарий улыбнулся. Склонился вниз.

— Огонь! Пуск!

Василию никакого перевода не потребовалось. Мгновение спустя шнур горел. По мере того как огонь с шипением подбирался к последнему барьеру через Нехар Малку, Василий начал подпрыгивать, как ребенок.

— Мне это нравится! Мне это нравится! — кричал он. — Огонь! Пуск!

Клич подхватили остальные. Не прошло и трех минут, как вся армия выкрикивала слова. Даже кушаны, недавно начавшие учить греческий.

— Огонь! Пуск! Огонь! Пуск! — Огонь достиг цели. Произошел пуск.

Глава 27

Взрыв был хорошо спланирован. Это стало сразу же очевидно. Руководимые Эйдом, Велисарий с Василием установили запалы в оптимальных местах, чтобы достичь нужной им цели.

Почти по всей ширине нижний берег дамбы взорвался, тут же открыв дорогу накопившейся энергии Евфрата. Великая река теперь была освобождена и фактически ворвалась в новый канал, открытый для нее. Она ревела, как бык, поток несся по давно высохшему Нехар Малке, углубляя его и расширяя.

Но Велисарий не мог оценить и насладиться зрелищем. Как часто случается в жизни, практика ниспровергла теорию. Да, запалы были установлены идеально. А затем их количество увеличено в два раза, хотя этого Эйд и не советовал. Но все равно силу увеличили дважды. А потом и еще раз.

Конечно, Эйд возмущался. Предупреждал, упрекал, уговаривал, ругал, на самом деле пришел в некое подобие негодования — в том виде, в каком кристалл может дойти до такого состояния.

Это не помогло. Пользуясь простой логикой людей, знакомство которых с порохом оставалось примитивным, Велисарий с Василием настояли, что больше гораздо предпочтительнее, чем достаточно. В конце концов, лучше быть уверенным, что работа будет сделана, чем рисковать полурезультатом из-за того, что пожадничали.

Если с такой логикой топором рубить дерево, то результатом станет просто лишнее усилие, которое можно было бы и не прилагать. Однако в случае разрушения дамбы при помощи пороховых зарядов…

«Я предупреждал вас», — пришел мысленный импульс от Эйда, когда Велисарий увидел, как верхние слои взлетают в воздух.