Придя получасом раньше в эту квартиру, он через глазок в стене, какое-то время наблюдал за всем тем, что делается там. Увидел, как Наташа выйдя из спальни и воровато поглядывая на дверь ванны, подсела к телефону. Девушка хотела кому-то позвонить, но ее планы расстроила молодая женщина. Прямо голышом она выскочила из ванной и вбежав в комнату, накинулась на девушку.

Решив, что ему самое время показаться там и выяснить, откуда вместе с девушкой там еще взялась и эта пышногрудая толстушка, он заявился к ним. Наташа должна была предупредить Мордовцева, что в квартире будет жить не одна. А кроме того, не мешало бы выяснить у Наташи, кем толстушка ей приходится. Но к его удивлению, пышногрудая красотка как сквозь землю провалилась. А точнее растворилась среди мебели. Обыскивать каждый угол квартиры он не решился. Все-таки не было такого указания от Мордовцева. А толстушка могла и уйти, пока он выходил из квартиры, запирал дверь.

Могла, но как оказалось, не ушла, и теперь он ее увидел снова. Только теперь она уже была в одежде.

– Ладно, красавицы. Повеселитесь пока, – проговорил он после того, когда закончил наблюдение и отошел от глазка вмонтированного в стену.

Выйдя из подъезда, он оглянулся на светящееся окно на пятом этаже. Той самой квартиры, куда Мордовцев поселил Наташу. Из открытой форточки слышалась музыка.

Он улыбнулся, закуривая сигарету.

– Гуляют девчонки, – сказал и направился к небольшой автомобильной площадке, на которой стояло несколько машин. На этот раз он сел не в старую «шестерку», а в черный новенький «БМВ». Завел мотор. И отъезжая, еще раз глянул на плотно зашторенное окно.

Покружив по городу, «БМВ» остановилась в Большом Палашевском переулке возле одного из девятиэтажных домов. Водитель вышел из машины, огляделся, потом не торопясь направился к подъезду и зашел в кабину лифта. Набрал номер на мобильнике.

– Сергей Валентинович, это я. Я уже в лифте, – произнес он в трубку и улыбнулся. Без сомнений, он достоин похвалы. Ведь это он уговорил Мордовцева проверить девушку и для начала поселить ее в ту квартиру, где в стене в прикрепленном к стене зеркале был вмонтирован малюсенький глазок. В него можно было наблюдать за тем, что происходило там в квартире. А при желании даже сделать запись на портативную видеокамеру.

– Эту подружку Людмилы не мешает проверить на вшивость, – убеждал он Мордовцева, узнав о просьбе его любовницы. – Я понаблюдаю за ней. И вообще, неплохо бы выяснить, что это за фифа.

И как оказалось, его подозрения были не напрасными. Теперь Мордовцеву есть над чем поломать голову. Савелий, так звали водителя, а по совместительству охранника Мордовцева, улыбнулся. Природа его наделила огромной силушкой и скупостью к деньгам. Хотя у него было для нормальной жизни все: дом за городом, пара приличных иномарок. И деньги. Но скупость охранника не знала границ, и он торопился к Мордовцеву за благодарностью, которая должна отразится в ощутимой прибавке к жалованью. А что так и будет, Савелий не сомневался. Ему есть о чем сказать шефу.

Кабина лифта поднялась до второго этажа, качнулась и остановилась. Савелий напрягся. Не любил вот так кататься в лифте с кем бы то ни было. И даже мелькнула мыслишка, может выйти, подождать, пока какой-то идиот со второго этажа поднимется. Время терпит. И он уже твердо решил, что непременно так и сделает и шагнул к двери.

Дверь открылась, и он увидел человека. На вид вполне нормального, с довольно приятным выражением лица. Тот улыбался, хотя в глазах его притаилось нечто такое, отчего у водителя вдруг холодок пробежал по спине.