– Да, – согласилась Кэти, – он подтянул его своей палкой. Хороший человек.

Когда мы пришли домой, Кэти рассказала бабушке о человеке, который достал ей мячик.

– Очень любезно с его стороны, – сказала бабушка.

– Он иностранец, – болтала Кэти, – он говорит так же, как ты, бабушка... Не совсем, но похоже. Вместо «удача» он сказал bonne chance.

– О-о... француз!

– Он был очень вежлив и мил, – сказала я.

– Еще бы, – пожала плечами бабушка.

– Надеюсь, вам понравится у меня, – приветствовал нас Дрэйк. – Я все больше и больше привязываюсь к этому дому. Сейчас у меня гостит сестра Изабелла с мужем. Она решила, что раз у меня будут гости, то в доме должна быть хозяйка. Думаю, она вам понравится. Ей не терпится познакомиться со знаменитой Ленор – и конечно, со всеми вами, не исключая и Кэти.

Кэти игриво улыбнулась ему и подпрыгнула на сиденье.

– Как здорово – ездить в экипаже. Я так люблю лошадей!

– Мы должны научить тебя ездить верхом, – сказал Дрэйк.

– О, да... да!

– В Лондоне не так просто научиться верховой езде, – заметила я.

– Зато это просто здесь.

Он улыбнулся мне, и я почувствовала себя счастливой.

Его дом пленил меня с первого взгляда. Он был выдержан в позднем готическом стиле – белые панели с черными перекладинами, верхняя его часть немного выступала вперед.

Дрэйк внимательно наблюдал за тем впечатлением, которое произвел на меня дом.

– Он просто замечательный. – Я повернулась к нему, улыбаясь. – У меня такое чувство, словно я перенеслась лет на триста в прошлое.

– Да, он на всех производит такое впечатление. Изабелла, правда, жалуется, что кухня неудобная и все такое. Но я не собираюсь ничего менять. Я так рад, что вам нравится здесь.

Он спрыгнул на землю и помог нам выйти.

Большая дубовая парадная дверь открылась, и на крыльцо вышла женщина, удивительно похожая на Дрэйкa. Я сразу поняла, что это и есть его сестра Изабелла.

– Добро пожаловать, – тепло улыбнулась она нам. – Как я рада, что наконец познакомлюсь с вами. Входите.

Мы вошли в холл с высоким сводчатым потолком. В огромном камине ярко пылал огонь.

– Вы, наверное, замерзли и проголодались, – сказала она. – Ах, а вот и мой муж. Гарри, иди познакомься с гостями.

Гарри Дэнтону было лет тридцать пять. У него были приятные простые манеры, и я сразу полюбила его – так же, как и сестру Дрэйка.

Я чувствовала, что это будет очень счастливое Рождество.

Изабелла настояла, чтобы мы выпили с дороги по стакану горячего пунша.

– А после вы можете пройти в свои комнаты.

– Панч? – закричала Кэти. – Как же можно выпить Панча?

– А вот увидишь, как, – сказала ей Изабелла.

Я разрешила дать Кэти немного пунша, предварительно разбавив его водой.

Кэти была страшно заинтригована. Она думала, что попала в очень странный дом: мало того, что хозяина зовут Селезнем (ну ладно, к этому она уже привыкла) – но чтобы пить Панча!

– Смешной у вас дом, – сделала она вывод.

– Дорогая, не смешной, а замечательный, – мягко поправила я ее.

– Да, замечательный... но смешной.

Изабелла показала нам наши комнаты! Мы поднялись по лестнице, сделанной из цельного дуба. Дрэйк не удержался и рассказал нам, что эту лестницу построили специально для короля; и действительно Генрих Восьмой останавливался здесь и провел в этом доме целых две ночи.