Мари не выдержала первой:

— Отец и Полли думают, что я сменила квартиру. Новый адрес они не спрашивали, потому что писем мы друг другу не пишем, — произнесла она, сплетая пальцы, чтобы те не дрожали. — Я сказала, что пользуюсь таксофоном, по номеру которого нельзя позвонить. Так что тревожиться тебе не о чем.

— Прости, я неправильно тебя понял. — Тон Энди был холоден. — Ведь Жан служит у меня. Я полагал, что в твоих же интересах оставить его в неведении.

— Верно. Что толку распространяться о временной связи? — язвительно заметила Мари. — Спасибо, что одел меня как королеву. Теперь вряд ли кто-нибудь заподозрит, что я фабричная работница!

Вновь наступила тишина, к которой больше всего подходило определение «убийственная». Энди упорно молчал. В конце концов его поведение привело Мари в ярость. Вы только посмотрите на него! — думала она. Он явно решил продемонстрировать выдержку!

Она подождала еще минут пять, но на этом ее терпение лопнуло.

— Я тебя ненавижу, Энди Макгвайр! — сорвалось с ее губ.

— Разумеется, — ответил тот бесстрастным тоном. — Секс по обязанности не самая хорошая основа для нормальных отношений. Что ж, ничего не поделаешь. Это мой выбор и моя ошибка.

На глаза Мари навернулись слезы. Она крепко зажмурилась, и ей удалось не расплакаться. Ну почему он все ухудшает? Может, уже сыт ею по горло? Ладно, пусть так. Все равно она в любом случае собиралась уехать. Ведь не сидеть же здесь до тех пор, пока живот не полезет на нос!

Резко повернувшись, Мари убежала с террасы, на которой они сидели. Ей почему-то очень захотелось очутиться под душем. Стоя под струями прохладной воды, она вволю наревелась. Только через час Мари с покрасневшими глазами выглянула из ванной. К счастью, в спальне было пусто. Вынув из комода ночную сорочку, она накинула ее — впервые за время пребывания на вилле, так как прежде спала обнаженной, — и забралась в постель.

В предутренние часы, когда Мари лежала без сна, дверь спальни отворилась и кто-то вошел. С замиранием сердца Мари увидела силуэт полностью обнаженного, если не считать повязанного вокруг бедер полотенца, Энди.

Мари закрыла глаза, надеясь, что он уйдет. Ничуть не бывало. Вскоре она ощутила, как рядом прогнулся матрас. Не успев опомниться, Мари скатилась в ту сторону, и в тот же миг Энди заключил ее в объятия.

— Нам нужно поговорить…

Она придерживалась на этот счет противоположного мнения. Изменить ничего уже нельзя, поэтому что толку тратить время на ненужные беседы? Лучше использовать оставшиеся часы, чтобы получить максимальное удовольствие.

Подумав так, Мари потерлась об Энди всем телом, потом прижалась как можно плотнее и потянулась к его губам. Тот застыл от неожиданности, и на один ужасный миг ей показалось, что он сейчас оттолкнет ее. Но нет! Сообразив, что происходит, Энди рывком опрокинул Мари на спину, властно подмял под себя и углубил поцелуй со страстью изголодавшегося по любви человека.

Спустя некоторое время он отстранился и несколько секунд вглядывался в освещенное сумеречным лунным сиянием лицо Мари.

— Я хочу тебя, но…

Она не желала ничего слышать. Зарывшись пальцами в его влажные после душа волосы, Мари вновь пригнула голову Энди к себе. У того вырвался хриплый стон, и она поняла, что сопротивления не будет. Мари прекрасно знала, чем можно свести Энди с ума. Не прошло, и пары минут, как он стал таким же заложником страсти, как и она сама. С этого мгновения желание поговорить окончательно покинуло его.

Их нынешнее соитие ничуть не напоминало то медленное, томительное нагнетание чувственности, которому они так часто предавались во время послеполуденной сиесты.