Я не открывала глаза и не двигалась, притворяясь спящей. Он стоял и смотрел на меня, и время, казалось, замерло, но я не открыла глаза и сделала вид, что не подозреваю о его присутствии. Я была слишком напугана. Я услышала, как он глубоко вздохнул, и, наконец, послышались его удаляющиеся шаги. Затем, услышав как дверь снова открылась и закрылась, я повернулась и удостоверилась, что он ушел. Я облегченно вздохнула.

Какой странной и удивительной оказалась эта ночь! Тайны носились в воздухе вокруг меня. Я долго лежала и думала, пока меня наконец медленно не окутала дрема, словно теплый и уютный кокон.

Я проснулась от какого-то шума, и через мгновение ко мне в комнату ворвался Джефферсон. Я слышала крики тети Бет в коридоре, которая просила дядю Филипа послать за доктором. Несмотря на то, что на улице уже было светло, взглянув на часы, я увидела, что сейчас около половины шестого утра. Джефферсон был очень напуган.

– В чем дело?

– Это Ричард, – сообщил он с широко раскрытыми глазами. – У него сильная боль в животе, такая, что он плачет.

– Правда? – сухо спросила я. – Возможно, его отравила его же собственная желчь.

– Мелани тоже отравила желчь, – с волнением добавил он.

– И Мелани тоже? Что ты имеешь в виду?

– У нее тоже боль в животе, а тетя Бет просто в ярости. Можно я у тебя посплю? Они так шумят, – попросил он.

– Забирайся ко мне, – сказала я, а сама встала и надела халат. – Пойду, посмотрю, что там случилось?

В коридоре я увидела дядю Филипа. Он все еще был в пижаме, а волосы у него взъерошены. Он выглядел смущенным, сонным и громко зевал. Он потер лицо ладонями и направился к двери комнаты Мелани.

– В чем дело? Что значит весь этот шум? – спросил он.

– Она белая как привидение, и Ричард тоже. Иди взгляни на него, – крикнула тетя Бет из комнаты Мелани. – Их отравили! – добавила она.

– Что? Глупость какая, – пробормотал дядя Филип. Он повернулся и увидел меня. – О, Кристи! – Он улыбнулся. – Жаль, что они тебя разбудили.

– Что происходит, дядя Филип? – спросила я.

– Не знаю. Так всегда бывает. Когда кто-то из близнецов заболевает, то другой тоже обязательно заболеет. Такое впечатление, что каждый микроб, нападающий на одного из них, имеет своего близнеца, который только и ждет удобного случая, – добавил он, продолжая улыбаться.

Затем дядя Филип прошел в комнату Джефферсона и Ричарда. Я подошла к двери комнаты Мелани и заглянула.

Тетя Бет сидела на кровати Мелани, держа у нее на лбу холодный компресс. Мелани стонала и держалась за живот.

– Мне снова нужно выйти, – закричала она.

– О, Боже мой, Боже мой, – проговорила тетя Бет, вставая, чтобы освободить ей путь.

Мелани пулей выскочила из постели и, согнувшись и держась за живот, поспешила в ванную. Я отошла с дороги.

– В чем дело? – поинтересовалась я, когда она промчалась мимо меня и, влетев в ванную, захлопнула дверь за собой.

– В чем дело? Их отравили чем-то испорченным, я уверена, – заявила тетя Бет. – Это все из-за этой никудышной кухарки и горничной…

– Миссис Бостон? Вы не должны так говорить о миссис Бостон, она прекрасно готовит!

– Гм, – она расправила плечи.