Глаза Серины были прикрыты. Она положила сосуд на землю, но снова воздела руки к небесам.

Где-то над водой вдруг пронзительно закричала птица. Женщины ощущали прохладный, чистый воздух пустыни, смешанный с запахами мирры, можжевельника и меда, исходившими от зажженного фимиама.

Слабое свечение появилось на берегу в нескольких ярдах от них. У Анны перехватило дыхание. Она взглянула на Серину и медленно оглянулась на храм. Лучи прожектора рисовали на небе причудливые узоры. Никакого движения в их направлении не было заметно.

Свечение рядом с ними нарастало. Оно вытянулось и постепенно приобрело очертания человеческой фигуры. Анна задержала дыхание. Серина опустила руки и скрестила их на груди. Она стояла на коленях, наклонив голову, и ждала.

Губы Анны пересохли от страха. Ей нужно было спросить жреца, чего он хочет. Она взглянула на фигуру, стоящую на берегу. Та приблизилась и остановилась возле Серины. Анна видела, как по лицу Серины скользнула ее тень.

Вдруг Серина открыла глаза с выражением страшного гнева.

– Предатель! – закричала она. – Гнусный предатель!

Музыка сзади становилась все громче, и в обилии звуков терялся крик Серины. – Слезы Исиды принадлежат маленькому королю. Они спасут его жизнь!

Анна задыхалась. Внезапная боль пронзила ее голову, не давая вздохнуть. Она почувствовала, как ее тело становий все горячее, и вдруг вскочила на ноги. Теперь она возвышалась над Сериной.

– Они принадлежат богам! Слезы принадлежат богам, никому другому они не будут служить! – Эти слова вырвались из ее собственного рта.

Серина подняла взгляд. Призрачная фигура выглядела тонкой и неровной. Еще один порыв ветра из пустыни – пламя свечи дрогнуло и выпустило струйку дыма. Серина вскочила на ноги.

– Анна! – Голос ее доносился словно издалека. – Анна, держитесь! Помните о свете! Великая Исида, защити Анну. Дай ей силы! Анна! Анна, вы слышите меня?

Но Анна была далеко. Подняв голову, она увидела стоящее высоко в небе солнце, могущественный пылающий шар в голубом океане вечности. Она увидела высокие золотистые утесы, вход в храм, секретный и скрытый от глаз, – убежище богини на земле.

Медленно двинулась Анна в их сторону, поддерживаемая горячими ветрами пустыни, слыша, как перешептываются пески на бескрайних просторах. В этом потайном храме покоились все секреты вечности, хранимые двумя жрецами, давшими клятву служить богам всю свою жизнь и после жизни. Анна подходила все ближе, чувствуя себя крадущимся шакалом, священным пустынным львом, со змеями у ее ног – коброй и гадюкой. В руке она держала нож. Клинок его, сделанный из найденного в самом сердце Африки чистого золота, способен был отражать свет солнца и обращать его в огонь.

– Анна!

Голос, донесшийся из глубины веков, разрезал тишину. Река во всей своей красоте омывала пустынные берега, то накатываясь, одаривая их живительной влагой, то вновь отходя назад.

– Анна! Ради Бога!

Ради Бога. Единого Бога. Бога богов. Все очень просто. Несколько капель священной жидкости, запечатанных в крошечном стеклянном сосуде, будут омыты кровью друга.

– Анна! Ради всего святого! Вы слышите меня? Анна!

Она улыбнулась и качнула головой. Теперь она смотрела нa реку, бьющуюся у ее ног. Прохладные, живительные воды. Они питают священный лотос и не дают львам умереть в пустыне от жажды…

– Анна!

Внезапно Анне словно вернули ее собственную голову, плеснув в лицо ледяной воды.

Серина сильно встряхнула ее. Затем снова зачерпнула воды и плеснула Анне в лицо. Снова встряхнула ее.

– Вы с ума сошли! Вы не смогли себя защитить. Он был в вас. Хатсек был в вас. Я видела в вашем лице его черты, я видела его ненависть.