— Эвона как… Тогда предлагаю пари, — хмыкнул бывший храмовник, — Как думаете, скольких девиц он за сегодня оприходует. После полугода воздержания то. Ставлю бронзовый Альдинг на трёх.

— Это ты мало взял, — Бернард задумчиво почесал подбородок, — Он же полгода никого не имел. Думаю, не меньше семи. Да, пусть будет семь.

— Ему ещё и поработать надо успеть, так что ставлю на пять, — пожал плечами я.

— Ты ему дал задание вступить в контакт с местными и разузнать расстановку сил, — парировал Бернард, — Вот он и будет вступать в самый плотный контакт, какой только возможен. Но чего сейчас спорить. Вечером вернётся, и мои парни в подробностях нам всё опишут.

Спустя минут пять мы вышли на довольно просторную площадь. Посреди неё располагался широкий помост с гильотиной и двумя позорными столбами. В одном из них уже был закован какой-то бедолага. Рядом собрались несколько зевак и периодически то плевалисьв его сторону, то кидали тухлыми овощами, заключая меж собой какие-то пари. По краям площади расположились ряды торговых лавок. Большинство из них ещё пустовало, однако за некоторыми прилавками уже стояли крикливые торговцы, зазывавшие купить свежий хлеб, дешёвое вино, рыбу и мясо. Рядом с ними прогуливались несколько лоточников, продающих мелкую съедобную всячину. Пока народу на площади было немного, они не особо драли глотки, но что-то мне подсказывало, что днём и в особенности вечером, только их тут и было слышно.

— Да тут по богатому, — хмыкнул я, оглядывая округу.

— В Деммерворте рыночная площадь была не хуже, — покачал головой Бернард, — Разве что, сильно меньше.

— Вот именно, что меньше, — покачал головой Дельрин, — А ведь это даже не ярмарочная площадь, а просто небольшой местный рынок, расположенный в новом городе. Ладно, чего об этом спорить то. Главное, чтоб наши парни тут сегодня умудрились хоть что-то продать и выручить за это хоть какую-то монету. А большой, маленький, в конце-концов, это не хер, чтоб им меряться. Тем более, что ещё и не наш.

— Ох не уверен, что местному крестьянству будут нужны наши гамбезоны, копья и прочая военная утварь, — я почесал затылок ещё раз окидывая взглядом ассортимент здешних лавок, — Скорее всего придётся потом идти договариваться с цеховыми мастерами, бронниками и оружейниками, чтоб выкупали у нас это добро по бросовым ценам.

— Попытка-не пытка. Если парни не справятся, то завтра этим займёмся уже мы, — подвёл итог дискуссии Бернард.

Дальше шли уже молча. Бывший капитан погрузился в свои мысли, Дельрин что-то насвистывал себе под нос, а я просто глазел по сторонам, пытаясь хоть немного запомнить расположение улиц.

Чем ближе мы подходили к воротам старого города, тем богаче становилась округа. Постепенно низкие бревенчатые хаты и мазанки с соломенными крышами, сменялись небольшими, но прочными на вид каменными домами, крытыми красной черепицей. Утоптанная засохшая грязь, на пусть и кривую, но всё-таки каменную мостовую, по краям от которой здешние строители попытались соорудить что-то вроде водостоков.

Дом, где проживал местный староста и вправду располагался прямо перед воротами старого города. Хотя, по нему и не скажешь, что тут жила какая-то важная шишка. Опрятный, аккуратный, с ровными стенами из тёсанного булыжника, и сколовшейся по краям старой черепичной крышей, небольшой домик, ничем не выделяющийся на фоне других. Ничем, кроме резной таблички, висевшей прямо над дверью, на которой просто и понятно было написано «Староста». Впрочем, это для нас оно просто и понятно. Большинство кметов же не умеют читать. Для них рядом, на деревянной балке, чуть выступавшей из основной конструкции дома, качалась деревянная вывеска, на которой был грубо намалёван кошелёк с монетами.