— Но как-же, господин, капитан, они…

— Кого-то убили? Ограбили? Поколотили, в конце-концов? Может подпустили красного петуха и спалили постоялый двор? — губы капитана тронула презрительная ухмылка. Он повернулся к трактирщику и буквально прожёг того взглядом, — Так ради чего ты сдёрнул меня с утреннего смотра?

— Да вот… — Штепан внезапно потерял дар речи, вместе с остатками гордости и наглости. Похоже, понял, что тут поддержки ему не найти.

— Значит так, вот, — капитана явно раздражало всё происходящее, — Столы они поставят обратно сами, пол пусть твои девки ототрут. А ежели поломали чего — сходи потом к старосте, он выдаст тебе ком… тьфу блин, напридумывали умных слов, хер выговоришь.

— Компенсацию, — борясь с сушняком выдавил из себя я.

— Вот её самую, — кивнул капитан, — Сами с ним сговоритесь, сколько тебе там положено. Так, значит, а вы, — он повернулся и внимательно посмотрел на меня, — Кончайте уже бухать и дебоширить. И займитесь уже делом, ради которого вас наняли. Терпение у Томаша, знаете ли не бесконечное. Он не будет вечно вас покрывать, а ежели не займетесь делом, мои ребята с вас ещё и за задаток спросят. Всё ясно?

— Угу, — промычал я, поднимаясь на ноги, — Сегодня же и приступим.

— Вот и ладушки, — кивнул капитан, — Всё, значит, разобрались. Пойдем, парни. Мы тут больше не нужны. И Альрик, хватит по себе говно размазывать. Сейчас придём в казармы, в бадье нормально отмоешь.

Стражники вышли на улицу. Я тоже поковылял вслед за ними, не обращая никакого внимания на возмущённого, но в то же время немного растерянного корчмаря. Бедолага явно не ожидал такого исхода дела. Хорошо всё-таки иметь друзей имеющих власть. Думаю, окажись на нашем месте кто другой, его бы точно на денёк к позорному столбу приковали. А то и на два. Хех… Тот самый случай, когда я ничего не имею против горсточки кумовства и щепотки коррупции. Ведь сейчас именно они спасли наши задницы от вполне заслуженного наказания.

Облегчившись прямо на стену корчмы, я пополз обратно внутрь. Надо было разбудить парней, немного прибраться, собрать всех на военный совет и приступать к работе. Конечно, неплохо было бы сначала отоспаться и привести себя в порядок, но как правильно заметил капитан, не стоит испытывать терпение старосты. Мы и так уже порядочно затянули с этим делом.

— Эй… Эй, вставай, — я потряс здоровяка за плечи. Тот и не думал просыпаться. Лишь что-то проворчал и продолжил храпеть, уткнувшись мордой в стол. Я уселся рядом и задумчиво уставился на навозную кучу, лежавшую рядом с его стулом. А затем и на тарелку, стоявшую на столе. В голове сами собой зазвучали слова: «Братишка! Братишка? Как поспал, Братишка. Проголодался, наверное? Я тебе покушать принёс…»

Не, это будет уже явный перебор. Да и вряд-ли кто-нибудь из них поймёт отсылку к жемчужине Российского кинематографа. Лучше использовать старый, но проверенный метод.

Ещё немного посидев, я подтащил Роберта к остальным, принёс пару кружек с водой и вылил им на головы. Сработало. Здоровяк зафыркал и попытался от меня отмахнуться. Вернон закашлялся, а Роберт помотал головой и недоумённо уставился на меня.

— Кто-нибудь помнит, чем вчера всё закончилось? — наконец выдавил из себя Бард, — И почему тут такой бардак?

Здоровяк лишь отрицательно покачал головой и покосился на Вернона. Лекарь же рассеянно пожал плечами, но… Толи мне показалось, толи это действительно было так, но в его глазах промелькнула искра понимания. Либо парень очень быстро догадался, чем именно мы тут вчера занимались, либо просто всё запомнил. Ко всеобщему сожалению.

— Понятия не имею, — покачал головой я, — Но весь этот бардак надо быстро убрать и собирать всех на совет.