— Про зрение? — уточнил маг.

— Да, — подтвердил я. — Разве его нельзя восстановить?

— А кто сказал, что плохо вижу? — он усмехнулся. — Впрочем, почти каждый студент об этом интересуется, — директор водрузил на нос свое пенсне и обвел кабинет рукой: — В замке очень интересные магические связи, смотрю, остаточные заклинания, лишенные силы, еще полностью не очищены, но медленно исчезают и фон расчищается. Кто к этому дар приложил? — Вурний-Дервин задумчиво на меня посмотрел.

Я в ответ неопределенно пожал плечами. Черт! У него не зрение слабое, а артефакт мощный, с которым он не расстается! Нет, ну надо же так опростоволоситься! Недаром целители и знахарки в этом мире живут. Насколько понимаю, утраченный глаз вернуть никто не сможет, но восстановить потерю зрения не такая большая проблема, в том числе залечить зуб или рану. Конечно, услуги стоят денег, а когда-то и кучи золотых, но на здоровье не экономят. А тут целый профессор, директор магической школы и недугом страдает? Подозреваю, Вурний-Дервин мало в чем уступит физруку, если с ним на поединок выйдет. Нет, мастер меча выиграет, но при условии, что про магию все забудут.

— Ладно, надеюсь, большинство вопросов снято, — встал профессор. — Пойду отдыхать, завтра планируем пуститься в обратную дорогу, в столице много дел и гостить не собираемся.

— С вашего позволения, могу ли этот разговор передать Тальене? — задаю вопрос.

— Да, — коротко кивнул директор, но потом все же добавил: — Максимилиан, ты в этой компании принимаешь решения, поэтому с тобой говорил. У принцессы нервы на пределе, эмоциональный фон повышен, боялся, что она не сумеет во всем разобраться. Тебе доверяет и прислушивается. Да, есть еще одна просьба, лично от меня, — Вурний-Дервин вздохнул, — не рискуй напрасно, зачастую следует отступить, в этом тоже своего рода искусство. Ты же понимал, что отбить штурм не в силах. Сколько бы продержались? Пару часов? Сутки — не больше! И что потом? — директор осекся и нахмурился. — Гм, у тебя имелся еще какой-то козырь, но на стол его не выложил. Так?

Отвечать не стал, развел руками и деланно вздохнул, а потом голову понурил. Пусть думает, что хочет, а камень-артефакт, сразу после этой беседы, навещу, а на обновления защитных плетений запрет наложу. Зачем «гостям» знать о моих замыслах и артефактах? Конечно, по сравнению с профессором мои знания и умения мало чего стоят. Мы с Вурнием-Дервином распрощались до завтра. А дел у меня много, необходимо подчистить «хвосты», во избежание лишних и ненужных вопросов. Однако, первым делом постучался в апартаменты Тальены. И почему не удивился, застав там всех друзей?

— Макс, о чем беседовали? — не выдержала Террия, когда я медленно пил воду из фужера.

Тальена находится у окна, Шалий расхаживает по комнате, обстановка какая-то нервная. Прав оказался директор, все на нервах, даже после того, как все вроде бы закончилось в нашу пользу.

— Заверения, намеки и обещания, — ответил я и потер переносицу. — Мы уже под защитой школы, но, подозреваю, на Тальку есть у империи свои виды.

— Черт! — поежилась принцесса-беглянка.

— Не дергайся, — хмыкнул я. — Директор обещал, что без твоего согласия никто за тебя решать не станет. На данный момент, как понял, замыслы еще не осознаны, но варианты есть. Скорее всего, инициатива будет исходить от императорского окружения, когда узнают, кто ты такая. В этом плане мы подстраховались, имя поменяли, а Вурний-Дервин прикроет. Будем учиться и, одно из главных, не имеем права лишиться защиты.

— Намекаешь на зубрежку? — печально вздохнул Шалий.